Сердце билось в груди. Неистово, бешено… Пленённая малиновка. Эван не отводил взгляда, Эван ни на секунду не отпускал. И Сандра летала по паркету, отдавая танцу всю себя, тонула в бирюзовых глазах и опять выныривала. Смеялась, купаясь во всеобщих любви и внимании. Будто все они – большая, дружная семья, где никто не осудит тебя за то, что ты другой. Ведь здесь все другие: уникальные, весёлые, добрые и смешные. И Эван… Ах, Эван…
Так началась их дружба – тайная, как и вторая жизнь Сандры. И она…
– Саша? Саша!
Перед носом щёлкнули пальцы, и Сандра охнула, уронив кусочек хлеба.
– Из… извини, папа. Задумалась.
Брови отца сошлись в одну.
– Что за расхлябанность, Саша? Я её спрашиваю, а она…
– Да ничего страшного, – вступился Игорь. – Отвлёкся человек, с кем не бывает? Тут всё такое вкусное – м-м-м! Верно, пташка?
– Д… да, – выдавила Сандра.
Потому что ладонь Игоря, скользнув под столом, вдруг сдавила её голое колено. Погладила. Полезла выше.
Сандра дёрнулась.
Захотелось заорать. Или вскочить. Запустить в ненавистного вилкой!
…Не успела.
Угол рта жениха дрогнул в усмешке, и рука исчезла.
– Итак… О чём мы там говорили? Ах, да…
Игорь продолжил разговор как ни в чём не бывало.
Сандра отпила ледяного компота. Зубы клацнули по краю стакана, а внутри до сих пор всё дрожало.
«Ведь он ещё никогда… Никогда!..»
Никогда Игорь не позволял себе вольностей, даже в щёчку не целовал. Всё чин чинарём, скромно-благородно.
«Благородно… Ха».
Сандра попыталась представить, что бы сказал Жорж – её старший, острый на язык приятель. Тот, что редко снимал с лица улыбку, весельчак-зажигалочка.
Несомненно, Жорж назвал бы Игорёшу лизоблюдом, дураком. И, наверняка, извращенцем.
А ещё – обманщиком. Ведь Сандра помнила ту, другую девушку.
«А что, если… если они с ней уже…»
Сандра покраснела.
– Сашенька, ты чего? – заметив это, забеспокоилась мама.
– Душно мне, – прошептала Сандра. – Нехорошо.
Взгляд Игоря, искоса.
– Я… – Сандра сглотнула и неловко поднялась. – Извините… Пойду, прилягу.
– Я провожу! – захлопотала мама.
Вскоре Сандра уже лежала в своей комнате. Мокрый платок приятно холодил её лоб, из форточки тянуло прохладой. Хорошо было, спокойно. Никаких тебе неприятных разговоров, никаких ужасных гостей. Самое время помечтать, повспоминать. Как она с Эваном гуляла…
И Сандра стала вспоминать.
***
…Эван был весел и лёгок, точно весенний ветер. Шутил по-доброму, без ехидства, как Жорж, и в жизни старался видеть только хорошее.
