Сломавшееся реле спасло Моргану Катарну жизнь.
Оно стояло в насосной станции в юго-восточном квадранте его фермы. Без реле и насоса полиформные бобы засохнут. Как и всем растениям, им нужна вода, которую уже на протяжении тысячи лет деревья-источники поднимали на поверхность с водоносного слоя, залегающего на глубине нескольких сотен футов. Далее влага текла к растениям по бесконечным трубам оросительной системы.
Когда Морган был дома, он проводил в просторной мастерской большую часть времени, но и этого было мало. Он буквально разрывался между работой агромеханика и деятельностью в Сопротивлении.
В мастерской стояли шкафы с запчастями, валялись неприбранные инструменты, стопки с распечатками, схемы и чертежи. Морган подошёл к столу и взглянул на один из шести экранов с объёмной моделью устройства насоса. Линии сломанного реле мигали красным. Раздражает, но так легче чинить.
Морган списал номер детали, порылся в шкафу и вынул новое реле. Он услышал, как включились охлаждающие вентиляторы ВиДжи. По шее пробежал приятный ветерок. Морган обернулся и усмехнулся.
– Эй, старина, что с той солнечной панелью? Починил? Молодчина!
Морган сам спроектировал этого дроида – неплохо для робототехника-самоучки. Внешний вид дроида должен соответствовать выполняемым им функциям, и ВиДжи был похож на что угодно, только не на человека. Хоть он мог принимать сотни различных конфигураций, дроид предпочитал находиться в U-образной форме. Правая рука, с четырьмя шарнирными суставами и С-образным захватом, была в три раза мощнее левой. Вторая рука была не такой крепкой, зато с почти человеческой кистью для работы с инструментами, висящими на ремне, обёрнутом вокруг процессорного гнезда.
Та штука, которую Морган называл «сборный привод», соединяла две половинки дроида воедино и являлась платформой для вертикального датчика, служившего ВиДжи электронным подобием зрения. Благодаря репульсорному двигателю с имперского спидер-байка и рулевым форсункам, снятым с выброшенного развед-дроида, ВиДжи мог плыть на высоте двух метров от пола. Овальные линзы повернулись к Моргану, и дроид зачирикал.
– Конечно, займёмся этим с утра, – кивнул Катарн. – Первым же делом… эх, всё первым делом… Пойду чинить четвёртый насос. Пока не вернусь, остаёшься на хозяйстве.
ВиДжи согласно скрипнул и подключился к одному из многочисленных портов данных, разбросанных по комплексу. Теперь дроид мог следить за работой всей фермы со своего места.
Морган хотел воспользоваться спидером, но потом передумал. Небольшая прогулка не повредит ни настроению, ни талии. Он проверил уровень зарядки комлинка, прихватил из угла трость и вышел.
Глотнув свежего вечернего воздуха, он остановился полюбоваться на восход Салласта. У Моргана там было много друзей, которые до самого падения Нового Порядка работали на Альянс – нешуточный риск на планете, где Император правил через всепроникающую корпорацию «СороСууб». Но где есть желание, находится и возможность. Морган был уверен, что у них всё будет хорошо.
Перейдя на быстрый шаг, чтобы потренировать сердце, фермер направился на юго-восток. Высохшая трава шуршала под ногами, в воздухе танцевали светлячки, а на небо высыпали звёзды. Морган вспомнил о своём сыне Кайле – скоро тот получит диплом.
При мысли о том, что скорее безденежье, чем свобода выбора, сыграло основную роль в решении Кайла поступить в имперское военное училище, Морган почувствовал укол вины. Катарны происходили из Внешнего Кольца, жили бедно, и военное училище было единственной возможностью для Кайла получить хорошее образование.
Морган нахмурился. Может, будь он попроворнее и не столь щепетилен, они жили бы лучше. Каким вернется Кайл? Мальчишкой, с которым Морган прощался? Или похожим на штурмовиков, что с важным видом расхаживают по космопорту? Звёзды молчали, светлячки кружились в танце – ответов не было.
«Возмездие» был не самым крупным звёздным разрушителем Империи, но именно такой и был сейчас нужен. В конце концов, зачем махать мечом, если можно обойтись уколом кинжала? От этой мысли становилось спокойнее.
Экипаж стоял в полукруглых углублениях, вырезанных в тщательно отполированной палубе широкого открытого мостика. Тёмный джедай по имени Джерек возвышался над командной ямой и глядел на плывущую вдали луну.
Он видел куда больше, чем думали окружающие. Джерек был высок и болезненно худ, с гладко выбритым черепом и чёрными татуировками на смуглом лице. Пустые глазницы были прикрыты полоской чёрной кожи. Китель, штаны и сапоги тоже были чёрного цвета. Джерек не носил знаков отличия, кроме нескольких нашивок на кроваво-красном воротнике – он скрывал свои джедайские навыки.
Таков был он, и такова была его власть, что необходимость в каких-то знаках отпадала. Джерек действовал по приказу самого императора Палпатина, но втайне ждал дня, когда все преклонят колени перед ним самим, хоть и скрывал своё честолюбие под личиной преданности.
