Перед ними распахнулась огромная песчаная поляна, словно погруженная во тьму. Здесь царило неземное спокойствие. Только мощное дыхание ее лошади и слишком быстрая пульсация крови в ушах нарушали густую, липкую тишину. В поисках подсказки Брисеида осмотрела фасады высоких деревьев, окружавших песок. Ее конь сделал несколько шагов, прыгнул в сторону, снова запаниковав. Она почувствовала, как он погружается в землю, ищет точку опоры и снова погружается. Зыбучие пески. Еще несколько шагов, и они не смогут двигаться.
– Назад! – крикнула она, изо всех сил натягивая поводья. Но жеребец уже слишком увяз, чтобы поднять задние ноги.
– Поворачивай, поворачивай!
Она бросилась вперед, чтобы всем своим весом надавить на бедную челюсть своей лошади. Конь поднялся на задние ноги, потеряв равновесие, вскочил на ноги и стал раскачиваться, чтобы вытащить себя из песка. Едва они достигли твердой земли, как раздался голос:
– Что это такое? Кто это? Жюль?
Сердце Брисеиды подпрыгнуло. Она, как сумасшедшая, натянула поводья, чтобы заставить жеребца развернуться, и стала искать говорящего во тьме через козырек. Это был голос ее матери, она была уверена.
– Это не я… – раздался нерешительный голос мальчика.
– Жюль! Иди сюда!
Брисеиду трясло так сильно, что металлические пластины ее доспехов скрежетали. В центре поляны стояли ее брат в пижаме, с бутербродом в руке, и ее мать в рабочей форме. Брисеиде следовало ожидать этого, она никогда не должна была говорить о своих родственниках. Чашка ее матери беззвучно упала на песок, который мгновенно впитал кофе. Анни присела и просеяла песок сквозь пальцы.
– Что происходит… – прошептала она.
– Мама, где дом? – спросил ее брат обеспокоенным голосом.
«За эту сцену ответственна Цитадель», – размышляла Брисеида, пытаясь вернуть себе самообладание. Ее семья не могла находиться здесь, посреди зыбучих песков. Должно быть, она стала жертвой иллюзии.
– Жюль, что я тебе говорила, иди сюда сейчас же!
– Я не могу, я тону…
– Что?
Жюль уже стоял по колено в песке. Что, если Цитадель действительно перенесла их сюда? Брисеида не могла рисковать.
– Мама! – закричала она. – Это зыбучие пески, вытащи его из них!
– Брисеида, где ты?
– Она там, мама! – воскликнула Жюль. – Это рыцарь там, я вижу ее!
– Вытащи его оттуда, мама! Он не справится сам!
Жюль погрузился в зыбучие пески до середины бедер. Он уронил бутерброд, чтобы помочь себе руками, но и они утонули, как только он прижал их к песку.
– Джулс! Убирайся оттуда! – крикнула Анни, подбегая к нему.
Она тут же опустилась на колени. Жюль уже погрузился до пояса.
– Это кошмар, – вздохнула Анни, делая паузу, чтобы подумать. – Брисеида в больнице, а мы дома на улице Бельвю, я сейчас проснусь…
– Мама, я тону, помоги мне!
– Мамочка! Это не кошмар, ты должна вытащить его! – крикнула Брисеида, указывая пальцем в железной перчатке на Жюля.
– Ты знаешь, что происходит?
– Да, но…
– Скажи мне, что происходит, Брисеида!
– Я не могу, это слишком сложно! Вытащи его оттуда, быстро!
Но ее мать была в песке уже до середины бедра. Она боролась с песком, но погружалась все глубже. Жюль был по грудь и начал паниковать.
– БРИСЕИДА! – кричала Анни. – Я застряла! Помоги нам, иди за помощью!
– Мамочка, здесь никого нет, – ответила Брисеида со слезами на глазах. – Не двигайся, Жюль! Ты погружаешься еще больше!
– Я не могу выбраться! – в ужасе воскликнул Жюль, умоляя ее. – Брисеида!
Анни удалось схватить сына за руку, который был уже по шею, но она была по пояс и не имела опоры, чтобы вытащить его. Оба продолжали тонуть.
– БРИСЕИДА! БЫСТРО! Слезай с лошади и принеси нам ветку!
– Я не могу слезть с лошади, – всхлипывала Брисеида.
– О чем ты говоришь? Слезь с лошади!
– Я не могу…
– Ма… Ма…
– ЖЮЛЬ!
Песок попал в рот и ноздри Жюля, когда он изо всех сил старался сохранить лицо чистым. Его рука выскользнула из руки Анни, и песок поглотил его окончательно.
– ЖЮЛЬ! НАЗАД! – крикнула Анни. – БРИСЕИДА! БЫСТРО! ВЫТАЩИ ЕГО ОТТУДА! БРИСЕИДА!
Для Брисеиды это было слишком. Она натянула поводья своего коня так сильно, что он вывернул шею, и понеслась накренившись, как сумасшедшая, чтобы погрузиться в лес. Она плакала так сильно, что не могла видеть. Позади нее крики ее матери заполнили поляну. Жеребец скакал с пеной у рта, пока не остановился на месте.
– Какой твой самый большой, самый чистый, самый глубокий страх?
– Ты, я забью тебя до смерти! – вскричала Брисеида, угрожая грибу мечом Энндала.
– У тебя есть еще одна попытка. Ты хочешь остановиться на этом?
