После того как мы все пообедали, Эд снова засел в своей лаборатории за изготовлением документов, а Силена куда-то уехала, но сообщить о том куда именно, она не посчитала нужным. За те пару часов, что её не было рядом, внутри развилось чувство одиночества. Даже удивительно, как быстро я привык к её компании, ведь ещё и недели не прошло, как мы покинули Нью-Йорк.
За окном слышен звук мотора. Силена паркуется на подъездной дорожке и выходит из машины, взяв из багажника несколько сумок и пакетов, идёт в дом. Через пару минут раздаётся стук в дверь моей комнаты.
– Да?
– Сэм, я зайду?
– Конечно, – она заходит и протягивает мне несколько больших пакетов. – Что это?
– Вещи: одежда, обувь, кольца.
– Кольца?
– Ага, обручальные, – я несколько раз глупо моргаю, не понимая, о чём она. Силена видя мою растерянность, улыбается и, бросив пакеты на кровать, поясняет: – Это для «легенды». Мы будем покидать страну, как молодожёны. Обо всех подробностях и нюансах я тебе расскажу за ужином, а пока переодевайся в то, что лежит в синем пакете.
Я заглядываю внутрь, там лежат новые кроссовки и спортивная одежда, я перевожу на неё непонимающий взгляд и уточняю:
– А это зачем?
– Сколько вопросов. Просто переодевайся и выходи на задний двор, – Силена пробегает по мне хитрым взглядом и расплывается в такой же хитрой улыбке. – Будет незабываемо.
Подмигнув мне, она выходит из комнаты, а я ещё какое-то время просто стою, пялясь на закрытую дверь: – «И что это сейчас было?». Ещё раз, пробежавшись взглядом по содержимому пакета, достаю вещи и, оторвав брендовые бирки, переодеваюсь. И одежда, и обувь сидят как влитые: – «Не помню, чтобы говорил ей свои размеры. Она что, на глаз их определила? Хотя, когда речь заходит о Силене, я ничему не удивлюсь».
Выхожу на задний двор, она уже там, стоит облокотившись спиной о ствол дерева. Её волосы собраны в тугой высокий пучок, одета она в спортивные, обтягивающие лосины и короткий топ чёрного цвета, который совершенно не прикрывает живот. Я пробегаю по ней взглядом, внимание привлекает рельефный пресса. Одного этого хватает, чтобы понять, что её кажущаяся миниатюрность, обманчива, на самом деле она очень сильна, стоит лишь вспомнить, как она дралась с тем «Халком» у меня в квартире. Она ему совершенно не уступала. Напротив, она его превосходила, если бы не ранение, думаю, он бы вообще не представлял для неё никакой опасности…
– Хватит пялиться Сэм.
Я нервно улыбаюсь и отвожу взгляд:
– Что мы собираемся делать?
– У нас будет спарринг.
Мои глаза округляются, я жду, когда она рассмеётся и скажет, что это шутка, но этого не происходит. Тогда я решаю уточнить:
– Что, прости?
– Ну… спарринг, это очень громко сказано. Мне надо понять степень твоей выносливости и вообще, в какой ты физической форме.
– Зачем?
– Чтобы понять, с чего начать наши тренировки.
– Тренировки? – Силена поджимает губы, сдерживая смех, и я понимаю, как глупо выгляжу, заваливая её всеми этими вопросами.
Расплываюсь в улыбке и, тряхнув головой, провожу ладонью по лицу. Она тоже улыбается и несколько секунд внимательно рассматривает моё лицо, после чего её улыбка исчезает.
– Я не смогу постоянно находится рядом. Вариант, что меня могут убить, тоже со счетов сбрасывать нельзя, – я хмурюсь, но она просто продолжает: – Поэтому я хочу, чтобы ты самостоятельно мог дать отпор рядовому наёмнику, как тот, с которым ты столкнулся у себя в квартире.
– Да он был ходячей горой мышц.
– Дело не в размере Сэм. Для меня ведь это не оказалось проблемой.
Я киваю, обдумывая её слова:
– Как ты это делала?
– Что именно?
– Наносила удары такой силы? Ты не производишь впечатления настолько сильного бойца.
– Всё дело в тренировках, в конкретном виде тренировок, – на моём лице отражается немой вопрос и с улыбкой Силена уточняет: – Что ты знаешь о шаолиньских монахах?
– Эм… Ничего.
– Когда-нибудь смотрел фильмы про кунг-фу?
– Да. В детстве, когда эта тема была популярной, было дело, – она понимающе кивает.
– Ты помнишь хоть одного раскаченного бойца кунг-фу?
– Эм… нет.
– Шаолиньские монахи ещё во времена древнего Китая придумали совершенно уникальный способ тренировки своего тела, который был направлен на укрепление мышц, а не на увеличение их массы.
– То есть… ты тренируешься по их технике?
– Насколько это возможно. Всех тонкостей мне не известно. Существуют задокументированные записи о том, что среди монахов были те, кто мог голыми руками разбивать камни и те, кто выходил на поле битвы без доспехов, потому что достигли такого мастерства и настолько укрепили своё тело, что простой меч не мог их ранить.
– Но разве такое возможно? Это звучит как, какая-то фантастика.
Силена пожимает плечами, но по её лицу видно, что она не исключает такой возможности.
