Хранитель кивнул в ответ. Позади шумно сглотнул Джалад. «Только не блевани, придурок!» — мысленно взмолился цверг. И улыбнулся. Вернее просто растянул губы в чем-то, что, как он надеялся, не слишком похоже на кровожадный оскал.
— Отобедаем или отужинаем? — невзначай поинтересовался Шмиттельварденгроу.
— Это принципиально? — поднял левую бровь Лардарнагдаррен. После пожал плечами. — Скорее, ранний завтрак.
— А мне казалось, что мы здесь гораздо дольше! — вклинился в разговор Джалад. — А ведь еще только ночь.
— Уже ночь, — ухмыльнулся Хранитель. — Вы здесь уже третий день. По крайней мере, для внешнего мира. Но под завесой не минуло из суток. Но внизу, в подземельях заклинание уже не действует, поэтому для нас сейчас третий день. Наверху всего лишь вечер первого дня.
Лардарнагдаррен вновь пожал плечами и отвернулся к вертелу, тщательно провернув ручку. Огонь зашипел, когда в него упали капли жира.
Шмиттельварденгроу подошел к столу. Провел пальцами по гладкой столешнице. Кончики кольнуло, словно электрическим разрядом. «Иллюзия». Цверг оглянулся. Четыре стула. Один заметно больше остальных. Видимо, для огра. Наверняка, тоже иллюзия. А вот остальные. Он нахмурился, припоминая: они в глаза не бросились при первом визите, потому что стояли по ту сторону колодца с Проводником.
Всего лишь показуха. Сила на пределе, хоть и плещется почти материальной тяжестью, будто волна, накатывающая на утес. И Лардарнагдаррен должен быть с ней как-то связан. Чем-то, с чем он никогда не расстается. Вновь Шмиттельварденгроу попытался напрячь мозг. Получалось тяжело, но получалось.
Какая-то мелочь. Возможно, оружие или что-то в этом роде… Нож! Цверг впился в него взглядом. Вроде бы ничего особенного, да и чутье молчит, но, дхар побери, здесь такая концентрация магии, что шестое чувство просто забивается помехами.
— Твою-то ж… Дхар! — вылупился Шмиттельварденгроу. Заигрывать со временем… Что ж, это была уже высшая лига. Уровня Горгонадца. — Ты бы не смог поставить такую завесу. Это не твоих рук дело. И сила твоя заемная.
Шмиттельварденгроу коснулся ближайшего табурета. Старого, выщербленного. Не столь идеального. Вроде бы, обычная древесина. И даже не черный ясень.
— Разве это имеет значение?
Цверг наклонил голову к плечу — в шее сухо щелкнуло. Улыбка и в самом деле превратилась в оскал.
— Имеет! — выдавил сквозь зубы гном и с размаху опустил табурет Хранителю на спину.
Табурет никуда не исчез, а просто разлетелся на куски, едва-едва опередив повернувшегося Лардара. Вместо того, чтобы без звука повалиться в огонь, он прикрылся плечом и покачнулся. Чтобы не упасть, ему пришлось ухватиться за вертел.
Зашипела, прикипая к металлу, кожу.
Шмиттельварденгроу попытался развить успех. В ладоне еще осталась обломанная ножка. Ею он попытался выбить лишние зубы из раззявленной пасти Лардарнагдаррена. Но уже в движении понял, что теперь запаздывает он сам.
Лардар отодрал руку от вертела, взмахнул ею, и прямо из пола, из щели между каменными плитами, вырвалась стена черного пламени. На высоте примерно в метр она сплелась в вытянутое гибкое веретено, метнувшееся прямиком Шмиттельварденгроу в лицо. Последним, что он должен был увидеть, были безжалостные глаза Хранителя. Или, может быть, самого Господина.
Должен. Кончик черного щупальца лишь коснулся бороды, оставив в нем след из опаленных, обесцвеченных волос, дернулся и застыл, чтобы в следующий миг обернуться серым облачком пыли. Шмиттельварденгроу замер с занесенной ножкой, отупело уставившись перед собой.
Несколько секунд ему понадобилось на то, чтобы вновь включить мозг и осознать, что перед ним происходит.
Лардарнагдаррен катался по полу и отчаянно боролся с огненным щупальцем, протянувшимся из быстро тускнеющего костра. Когда пламя касалось его кожи, он вскрикивал и пытался закрываться опаленным рукавом. Край его плаща уже начинал тлеть.
Гном обернулся. Джалад, воздев руки, выкрикивал на своем гортанном наречии заклинание. К нему, нахмурясь, приближался Фозз.
Он молча обошел Шмиттельварденгроу, стащил со стоек вертел. Оглядел его со скептическим взглядом. И все также молча впился зубами в кусок мяса. Брызнул сок.
Джалад издал нечто, похожее на отрыжку.
— Фозз, клянусь Кхаром, нельзя было потерпеть?!
Огненная конечность мигом ослабла, легла на пол. Шмиттельварденгроу выкрикнул:
— Не расслабляйтесь, придурки!
Джаффец вновь завел речитатив заклинания. Огр пожал могучими покатыми плечами, все еще помахивая здоровенным металлическим дрыном вертела.
— Я голоден!
— Потом, Фозз, потом. Когда разберемся с этим дхаром.
— Делу — время, потехе — час, — тяжко вздохнул огр и огрел вертелом Лардарнагдаррена.
Вернее, ударил, что им когда-то было. Каким-то чудом Хранителю удалось полностью завернуться в свой плащ и прямо на глазах он начал таять, превращаться в некое подобие мягкого студня, плавящегося под жарким солнцем.
Металлическая ось с мягким чмоканьем вошла в колышущуюся горку, которая растекалась черной жижей. Жидкость целеустремленно оттекла в сторону, где вновь собиралась в подобие сгорбленной фигурой. Шмиттельварденгроу взвыл.
