– Двое наших взломали эльфийскую сокровищницу, – добавил Сай Дун. – Убили всех, женились на принцессах и стали королями. Потом бросили это дерьмо, перебили целый город монстров, парочку драконов и нашли столько сокровищ, что у них глаза на лоб вылезли.
Они помолчали. Первым усмехнулся эльф. Слабая чёрточка губ изогнулась вверх, и изнутри вырвался приглушённый полувсхрип-полувздох:
– Ххих-хмм.
Зафыркал гном, утробно зарычала-заклокотала орковская утроба, и, наконец, звонкие короткие смешки вылетели изо рта желтоглазого парня. Они на минуту остановились, поглядывая друг на друга весёлыми глазами, потом орк добавил:
– Да-а, у нас ещё не самый худший вариант.
И все четверо захохотали в голос.
Гном закашлялся, подавившись налетевшей мошкарой, и несколько минут отплёвывался под общий хохот.
– Ладно, – сказал он потом. – Если судьба, или боги, или что-там-ещё-есть свели нас вместе, давайте рассказывать, кто как сюда попал. Начну с себя.
– Да, мастер Робин, – кивнул эльф. – Чего тебе не сиделось в гномьих чертогах?
Гном выпустил несколько колечек дыму, огладил бороду и расправил могучие плечи.
– Ну, для начала, знайте, что я из восьмого колена Кователя, из рода Снежных гномов. Наши пути с подгорными братьями разошлись очень давно. Далеко на востоке… ээээ… нашего
Но, хотя это жизнь, для которой гномы и созданы, хотя красота подземных чертогов невероятна и завораживающа, я… не годился для такой жизни.
– Э? – оторопел эльф. – Не годился?
– Да. Совсем молодым, встретив тридцать шестое лето, я понял – где-то там, наверху, моя судьба. Я ушёл и сорок лет странствовал по всем концам мира. Я думал, что обошёл все земли, но однажды мне попалась карта, где за пределами известных земель, на северо-востоке, составитель отметил пустыню посреди горного массива. Я отправился на поиски загадочного места, существование которого нельзя объяснить обычными причинами. Горы порождают озеро, или плато, или новую гору. Ущелье, реку, ледник. Вулкан. Но не пустыню!
Когда я увидел её – чаша долины, заполненная матово-белыми кварцевыми чешуйками – то что-то почувствовал. Такое, что точно не опишешь. Круглая, как блюдце, – меньше мили. А в середине – что-то… было.
– Покажешь, куда лезть? – спросил орк.
– О… это…
– Чего? Твой Кователь же выпустил тебя.
– Ну, тот, о ком ты говоришь, будет повыше Кователя…
– Который сделал ваш
– Да, и я сильно сомневаюсь относительно его дружеских чувств к оркам.
–
С этими словами чёрный орк достал из поясного кошеля отодранный им кусок щупальца и несколько сушёных конечностей.
– Э, погоди, – эльф начал зримо зеленеть. – Ты что…?
– Ужин.
– Это же мерзость какая-то!
– И?
–
– Да я знаю. Он не ядовитый.
Сай Дун быстро соорудил рогульки и развесил над горячими углями несколько прутьев с кусками мяса.
– Сильно обжаривать не стоит, – заметил он, закидывая в рот горсть глазных яблок из недр кошеля. – Только чтобы болотный запах отбить.
– Прошу прощения, я пойду поблюю, – пробормотал эльф и пропал за деревьями.
– Ну, эльфы они все такие. А ты парень непривередливый, а? – орк ткнул какой-то мумифицированной клешнёй, которую только что с удовольствием обсасывал, в желтоглазого.
– Ага. Я ж с детства грыз всякие помои: наша семья не из богатых. За мягкие кости приходилось драться, а свежее мясо только снилось.
– Погоди-погоди, – гном подался вперёд. – Ты выглядишь совсем как обычный человек. Но ты не…?
– Нет, – Плао мотнул головой. – Таких, как я, нет ни в твоей вселенной, ни в мире господина Дуна. Я – волк-оборотень.
– Волком от тебя разит за милю, – согласно кивнул орк. – А вот человеком – нисколько.
Гном удивлённо покачал головой:
– Волки-оборотни живут и у нас, но совсем не такие.
– Да. Это сбило вас с толку. Вот господин эльф знаком с подобными мне, он, как я понял, путешествовал по различным мирам. Однако, уверен, мои познания существ превосходят его, хотя он и старше.