Я вышел из круга безопасности и прошёлся по второму кругу из игроков. Гномы никак не реагировали, а так и стаяли дымчатыми статуями. Но их глаза следили за мной зеленоватыми огоньками. У гончих были алые. У мертвецов дворфов тоже зелёные. Но они ведь не призраки. Их подняли с помощью некромантии. Некромантии. Некромантии. Яркий радиоактивный цвет всегда был признаком магии некросов, как и серый дымок магии смерти.
Я подошёл ещё ближе. Упёрся в купол игрока и во все глаза смотрел на призрачного гнома. Что с ними не так? Почему они не у врат? Что пошло не так?
Снова пошёл по кругу, приглядываясь к каждому гному. Дрейк, видя, что гномы никак не реагируют, присоединился ко мне. Криста тоже. Остальные были в реале. Тол спал.
— Что ищешь, Арт? — Спросил рыцарь смерти на втором круге.
— Сам ещё не знаю. — Насупился я.
Нет. Не работает. А что если…
Я сел на пол, повторив позу ближайшего игрока с барьером, и выпустил серую тень. Сквозь барьер она не прошла, но этого и не нужно. Зрение тени отличалось от обычного. Уже сейчас и отсюда я смог рассмотреть серые дымчатые ленты в белёсых телах гномов. Они словно симбионт раскинули свои щупальца вдоль позвоночника и упирались в мозг. И им явно там не место.
— Дрейк, ты видишь серых многоножек в телах призраков?
— Нет. Моего уровня не хватает. Черт, да они под контролем личей. — Ударил себя по бедру Дрейк. — Теперь все понятно.
— Что понятно?
— Их поведение. Личи их захомутали. Теперь ими правят, словно петами.
— Это ж какого уровня личи и сколько их? — Я ошалело, оглядел почти три сотни призраков под двухсотый уровень.
— Тут не все так плохо. — Дрейк озадачено осмотрел котёл из призраков. — У мертвецов, особенно неписей, сильно снижен ментальный барьер. А вот у личей в круге силы, контроль мертвецов и душ возрастает. Думаю, полного круга хватит, если личи за сотку.
— Полного круга?
— Тринадцать рыл. Правда высших. У этих уродов нет ничего святого. Даже игроки их избегают. — Поморщился Дрейк.
Все мы вроде поняли и нашли суть но не нашли решения. Оно точно есть и у одного из нас, но мы далеко не в полном составе.
Спустя пару часов все изменилось. Суета поднялась неимоверная. Варяг и Бескун вошли в игру как и Святозар, и прочие. Я понял, что дела у орлов идут не очень. Первичный их рывок вверх нивелировали несколько альянсов более слабых кланов. Те, невзирая на потери ринулись штурмовать крепости «Семьи Орландинос», в то время как более сильные игроки работали и более тонко и изящно, отжимая территории во фронтире и сферы влияния в городах. У орлов просто не хватало союзников и ресурсов. Радовало то, что Бронзовые львы держали слово и не на йоту не отступали от данных обетов. Как и Снорг, что принял сторону орлов.
Это радовало но и одновременно пугало. Эти ушлые ребята поставили на меня. Это факт. И поставили очень много. Учитывая упорство, с которым они держатся за слово, они знают больше, чем говорят. Как минимум о чем-то догадываются. Одной блажью Эльмиэль такого упорства не объяснить. Не те люди сидят в главах кланов.
Я оглядел свое воинство. Друзей-врагов. Самое смешное, что тут врагов больше, чем друзей. Дрейк друг? Возможно, но сомнительно. Он просто попал не в то место, не в то время, не под ту горячую руку. Криста, Тол, Святозар, Еремей. А ещё неписи, что смотрят на меня с укором. Варяг и Бескун, что ждут от меня решения. Решения, которое они обратят в свою пользу. Ничего личного — просто бизнес, просто игра.
Я битый волк. Я жизнь прожил. Но сейчас накатило. Накатило то, что порой заставляет вскрывать людей вены. Одиночество. Одиночество в толпе.
Когда ты все понимаешь. Ты не нужен никому. Каждый человек это центр вселенной и все остальные для него лишь мобы. Наверное, потому мы ищем свою половинку и так радуемся детям. Чтобы разделить эту чёрную пустоту в душе. Но я так больше не хочу!
Огонь! Много огня! Жар обжигает спину, а я тащу за волосы двух девчонок. И пинаю вперёд ещё десяток детей. И кстати они более понятливы, чем две тупые клуши, что бегут рядом. Все что от них слышно это визги и причитания. А вот дети быстро реагируют на команды. Кабинет, стол, орк. Спина трещит от напряжения но статуя орка валится на стол. Выход. Не для всех.
Кем пожертвовать? Ярость! Никем. Собой! Стол в окно. Ну же, тупые овцы, помогите!
Первый ушёл. Всплеск. Докинул. Работает. Давай ещё! Второй и третий вместе. Последние. Легкие уже не держат дыхание, а мальчишки лет десяти честно пропускают девочек вперёд и помогают толкать, хотя сами уже похожи на зомби.
Герои всегда умирают. Подхватываю двух мальчишек под мышками, прижимаю к груди… вряд ли долетим до фонтана… вдруг выживут. С Богом!
Очнулся от видения, стоя на коленях. И рядом обнаружил улыбающегося Святозара и не сильно довольного Еремея.
Они обнимали меня за плечи. Причём Святозар двадцатого уровня держал за шею Еремея почти на сто уровней его выше и тот походил на нашкодившего котёнка. Но ауру Святозара я не спутаю ни с чем.
