Тёмными тропами полностью

Темнота тихо струилась вокруг него, тревожа и заставляя спрашивать себя: прав ли он? Имеет ли эта его мечта право на существование, или это всего лишь утопия? Сладкий обман, который засыпал его глаза песчаной бурей, раздражая их своей несбыточностью.

«Исполнитель» висел где-то там, над головой, невидимый в черноте космоса, но расстояние не имело значения. Он чувствовал присутствие того, кто стал его самым страшным кошмаром… и самой отчаянной надеждой.

Вейдер.

Отец.

Даже мысленно произнести это слово казалось… неправильным. Выворачивающим наизнанку. Разрывающим сердце.

Люк с детства мечтал об отце. С того самого мгновения, как он родился. Он помнил, смутно помнил странное ощущение, привкус Силы того, кто сейчас неподвижно сидел в медитационной камере в каютах «Исполнителя». Иногда, когда тоска совсем замучивала, ему казалось, что он даже слышит голос… голос, который радовался его будущему появлению на свет.

С того момента, как он начал понимать, что происходит вокруг, эта тоска стала разрастаться. Да, Ларсы были хорошими опекунами, но они не были его кровной родней. Не чувствовал он этой жуткой общности, которая связывала его с чудовищем в черных доспехах. Не чувствовал.

И это тоже наполняло его виной и сожалениями.

– Бен… почему… почему ты мне не сказал… – с тоской прошептал он в пространство, ощущая как давит на него громада Силы Темного Лорда. Это было… чудовищно. Тьма стала живой, давящей, словно вся атмосфера этой планеты свалилась ему на плечи. Его жалкий факел света не мог рассеять эту ужасающую темноту. Но, возможно… просто возможно… он сможет разжечь ту искру, что еще тлела глубоко под черными доспехами? Ведь отец его любит. Или…

Или это только очередной самообман?

Чем больше он размышлял на эту тему, тем больше он ощущал, что что-то не так. Неправильно. Не соответствует действительности. Люк попытался встать, чувствуя, как вокруг занимаются своими делами люди, как неподалеку засветился робкий огонек Леи, решительно направляющейся в его сторону… но ноги подвели.

Сила кричала, что нельзя, нельзя сейчас попасться ей на глаза… хотя так хотелось поделиться грузом проблем хоть с кем-то.

Он неловко встал, и вслепую двинулся прочь, ища уединения. Глаза остекленели, не видя ничего вокруг, дыхания практически не было, он скользил сквозь лагерь, незамеченный, невидимый, необнаружимый… а видения захлестывали его агонизирующий мозг.

…Юноша горит в огне, корчась и воя от боли. Искалеченный, преданный и предающий…

…Умирающая женщина, совсем молодая, не имеющая сил бороться, тихим шепотом дающая ему имя… и оставленная без помощи, добитая безжалостными словами о смерти ее любимого…

…Дети… двое, разлученные по воле тех, кто допустил эту ситуацию, ставшие заложниками амбиций и неудовлетворенных желаний, а также страшной слепоты и убежденности в собственной правоте людей и существ…

…Жар солнц Татуина… и холодный взгляд издали. Никогда рядом, никогда никакой помощи…

…Бой Бена и Вейдера… Свет и Тьма… театральная постановка для одного единственного зрителя… наивного фермера с далекой планеты…

…Чудовищная ложь, вывернутая наизнанку правда…

…Беспин… жуткий поединок, ставший попыткой самоубийства…

…Император, предлагающий ему власть…

…Молнии Силы, рвущие его плоть и душу… и разочарование отца, явно исходящее от него при виде такой глупости, самонадеянности и слабости…

…Решение о защите своего потомка, пусть он и глуп. Плата – жизнь…

…Тело отца на погребальном костре…

…Политики, рвущие галактику на части, прикрываясь сладкими обещаниями и его репутацией…

…Пламя войны, разгорающееся все сильнее. Опасения тех, кому он доверял. Недоверие в их глазах. Если он так силен, что сумел сразить императора и Темного лорда, то не захочет ли он занять их место? Лея, с пылающими фанатизмом глазами… не стремящаяся распространятся об их родстве… и шепот… Вейдерово отродье… Вейдер – чудовище… сын чудовища…

…Чудовище…

…Чудовище – опасно. Уничтожить!

Он очнулся, сидя прижавшись к стенке какой-то наспех выстроенной времянки, с бешено колотящимся сердцем, потом, покрывающим все его тело… и с поднятыми щитами, скрывающими его от любого способа обнаружения. Хлопнула дверь, кто-то вошел в домик, стуча сапогами. Люк слепо смотрел в бездонное небо, пытаясь собрать себя, развалившегося на куски, машинально сканируя помещение и вошедших в него людей.

– Здесь чисто? – резкий женский голос нарушил легкий шум от устраивающихся поудобнее людей.

– Да. Никаких следящих устройств, вокруг – тоже никого. Мы далеко от основного лагеря, – уверенный, сильный мужской голос.

– Прекрасно.

– Начнем, господа?

– Разумеется.

– И все же, вы уверены? – нервный мужской баритон.

– Уверены, уверены. Прямо сейчас работает подавитель.

– Господа! Не отвлекайтесь!

– Мон!

– Тихо.

– Итак, что нам стало известно?

– За Скайуокера назначена награда.

– Сколько?

– Миллион.

– Сколько?! – потрясенно.

– Вы плохо слышите? Миллион.