Привычная обстановка комнаты ожидания перед кабинетом Климова приобрела тревожный вид: незатыкающаяся, телефонистка в приёмной куда-то отошла со своего поста, на остальных этажах клиники практически отсутствовали люди. Обычно по лестницам тут и там топали пациенты стоматолога с третьего этажа, бегали дети в педиатрии и персонал сновал по своим делам. Да. Селезнёва пришла немного раньше положенного, но до закрытия клиники оставалось ещё часа четыре минимум. Сегодня обстановка была какая-то уж совсем тихая. Это всё приметил и голос в голове Ангелины:
— Сегодня тихо как в гробнице. Это нормально для твоего мира?
— Я вот думаю — начать паниковать или пока не надо?
Звук упавшей ручки на пол кабинета привлёк внимание Ангелины. Девушка тихонечко прокралась к двери и прислушалась — доктор Климов с кем-то беседовали. Слышно было так себе, но разобрать большую часть слов у Ангелины получилось:
— Расскажи подробнее о своих мыслях, — попросил Климов. — Желательно в подробностях.
— А вам точно можно доверять? — ответил молодой голос. Он был схож с ещё не сломавшимся юношеским тоном или вообще женским.
— Разумеется! Я не выдал никому ещё ни одного твоего секрета. Врачебная тайна для меня не пустой звук, — доверительно сказал доктор.
— Хорошо… Вчера я думал о том, чтобы укусить одноклассницу. Долго решался на это, но меня спугнули.
— С какой целью ты планировал так поступить? Месть? Обида? Жажда крови?
— Да… — пациент тяжело вздохнул. — Я сам не понимаю, если честно… У меня в детстве постоянно были вспышки агрессии, но всё ограничивалось безобидными толчками или несерьёзными драками. Всё было прекрасно, пока я не стал старше — мне натурально хотелось убить своих обидчиков. Не верю, что говорю это кому-то, но я в тайне от родителей мастерил опасные ловушки и кустарный лук, чтобы застрелить одного бесячего пацана. Я всё подготовил: разложил капканы около его дома в четыре часа утра и ждал его снаружи перед школой.
— Что же остановило тебя?
— Люди. Как назло, много людей решили пойти по своим делам в такую рань. Когда один из собачников выгуливал свою псину, то едва не обнаружил мои ловушки! Я испугался последствий и убрал их.
— Могу я уточнить для заметок — как давно это было?
— В пятьдесят втором году, если не ошибаюсь.
Ангелина округлила глаза, едва не сказав вслух «ЧЕГО?!».
— Это когда тебя ещё не называли тем обидным прозвищем — Чикатило? — вдруг спросил Климов.
— Именно. Я мучаюсь со своим недугом ещё с советских времён. Но тогда и убивать было проще.
Пациент громко хмыкнул, словно вспомнил что-то хорошее:
— Как же хорошо жить в наше время! И таблетки хорошие изобретены. Да и за деньги выслушать готовы даже такого как я!
— А какой ты? Насколько я понял из наших прошлых бесед — человеком ты себя давно не считаешь. Кем бы ты себя назвал?
— Для самого загадка! — недовольно сказал пациент. — Одно я знаю точно — долголетие и вечная молодость у меня присутствуют.
— В этом я не сомневаюсь, — довольным тоном сказал Климов.
Голос в голове Ангелины слушал, слушал всё это и не выдержал:
— Что несёт этот псих?! В вашем мире магическая энергия находится в значении, близком к нулю! Какое ещё долголетие и вечная молодость? Ни один простой человек не может прожить более ста лет, а этот, судя по голосу, вообще подросток! Сколько существую — подобного нонсенса не слышал!
Ангелине было что добавить (сама пребывала в шоке, потому как примерно знала, когда знаменитый маньяк начал убивать), но решила стойко промолчать.
— Позволь спросить: как же ты прожил так долго и не попался? Если мне не изменяет память, то официально Чикатилина расстреляли в девяностых, — спросил Климов.
— Ха-ха! — самодовольно рассмеялся пациент. — Верить СМИ — такая глупость! Сколько раз брали не того маньяка? Да постоянно! Вы, как будто, не знаете, как работает наша доблестная милиция!
— Полиция, — поправил Климов.
— Да пусть так! Хоть как их не называй, а сути не поменяется!
— Я почему спросил тебя про возраст — я разговаривал с твоими родителями. Могу ошибаться, вот только ты на них похож. Очень похож.
— Это ещё одна моя способность! — гордо заявил пациент. — Я могу менять своё обличие!
— А можешь прямо сейчас продемонстрировать? Чисто медицинский интерес.
— Ни в коем случае! — резко ответил пациент.
— По причине?
— Если поменяю внешность, то назад не смогу стать таким, как сейчас. Головой думайте, доктор. Жертвовать своей текущей жизнью для банальной демонстрации… Не практично.
— Понятно. Очень жаль, я бы на это с удовольствием посмотрел.
— Если бы вы это увидели — мне бы пришлось вас убить! — вполне серьёзно заявил пациент.
— Я не сомневаюсь. Помниться, я назначал тебе курс лекарства GP19 — ты принимал лекарства?
У Ангелины ёкнуло в сердце — на баночке с таблетками Климова тоже было написано загадочное «GP19».
— Разумеется! Эти волшебные таблетки помогают мне спать по ночам, и я не так сильно хочу убивать окружающих. Жалко, что пилюли заканчиваются… У вас есть ещё? Мне кажется, надо ещё один курс! — нервно попросил пациент.
