— Иногда он видится с моими друзьями, — врать по этому поводу нет смысла. Чем меньше он врёт, тем меньше поводов его подозревать. — Он то встречался, то расставался с одной моей знакомой. А что?
Стивенс присел за обеденный стол, где ему было удобнее писать в блокноте. Он разве сказал что-то, что нужно записать? Возможно, только как правильно пишется фамилия Микки.
— Вы знаете, что Микки был убит?
Ашер нахмурился. А теперь не стоит показывать шок или опустошённость. Все, кто знал его и Микки, подтвердят, что они были на ножах.
— Нет, не слышал.
— Вы, я вижу, не сильно расстроены, — Ларри поднял густую бровь.
Он опустился на стул напротив детектива.
— Я удивлён. То есть Микки не сильно любили, но я не думал... Ну, понимаете, что кто-то его
Ларри постучал ручкой по блокноту. Один раз. Второй.
— Значит, у него было много врагов?
Опасная территория. Если он скажет «да», попросит ли его Ларри-с-большими-бровями назвать имена?
— Он... был любимчиком среди женщин. Если можно его так назвать. Но он с ними не очень-то хорошо обращался, — Ашер смотрел на движения ручки. Он не мог разобрать, что пишет этот детектив. — Много пил. Принимал наркотики.
— Вы сказали, что он обращался с ними не очень-то хорошо, — можете назвать кого-то конкретного? — ещё один долгий взгляд. Желудок Ашера сжался. Сделать вид, что ничего не знает? Это несложно. Как будто они не знакомы. Отвести от себя подозрения. Но как вывести Вивиан из-под удара? Всё, в чём он мог честно признаться, скомпрометирует её.
Он встретился глазами с пронзительным взглядом детектива и понял, что не может выговорить ни слова. Он в ловушке. Он ничего не может сказать. Если он подставит Вивиан, она потянет его за собой.
— Не думаю, что я должен...
— Вы ведь близки с Вивиан Хилтон, так?
Его руки медленно сползли со стола и опустились на колени, чтобы скрыть дрожь.
— Более или менее.
— Более или менее.
— В последнее время у нас чёрная полоса в отношениях. Она перестала контактировать со мной и с большинством своих друзей.
— Из-за Микки.
— Из-за Микки, да.
Ларри кивнул. Ещё что-то небрежно нацарапал в блокноте.
— Я бы хотел побольше обо всём этом узнать, если вы не против.
Другими словами, либо они продолжат, либо его вызовут в участок с адвокатом и всё такое. Ему не стоит как умалчивать что-то, так и проявлять слишком много энтузиазма.
— У Вивиан было несколько не самых лучших отношений. Микки был хуже всех. Избивал её, заставлял прекращать со всеми общаться, — его взгляд снова застыл на движущейся ручке. Что он пишет?
Детектив медленно кивнул.
— А в последнее время вы с ней контактировали?
Он не мог соврать. Кто-то мог заметить, как она заходит сюда. А в журнале вызовов видно, сколько раз она звонила ему.
— Она была здесь... Недолго, в пятницу вечером. Но я уезжал из города к другу, поэтому мы не смогли нормально поговорить. И она названивала мне на выходных, а потом снова приехала вечером воскресенья...
Теперь всё внимание детектива было приковано к нему. Ручка остановилась.
— Она вела себя как-то необычно, когда вы видели её или говорили с ней?
— Нет, — сказал он твёрдым голосом, несмотря на неуверенность в правильности своего решения, — она вела себя просто как... Вивиан. В последнее время она всё время была немного ошарашенной — после того, как умерла её мама. Горе и всё такое прочее. Понимаете?
Ларри отвёл от него свой пронизывающий взгляд и записал в блокнот ещё что-то. Его губы растянулись в лёгкой улыбке. Он сказал слишком много? Дал ему какую-то наводку? Ашер хотел вырвать у него блокнот и узнать.
— Спасибо. Ещё несколько вопросов, и я оставлю вас...
Ашер закрыл глаза и постарался сдержать вздох. По крайней мере, хуже уже не будет.
***