В кармане – дней ушедших фотка,
Не знаю как, но буду жить.
Теченьем рек: от пристани до края…
Не знать бы бед! Но чёрной полосой -
Бывает, горизонт так испугает!
Но продолжаем мы – рекой -
Дорогами побед, расправив крылья,
Надеждами на мель не угодить.
Дорога нелегка и станет былью,
Но я решила! Я буду плыть.
Кто видел повторенье времени,
Тот видел смену и богов!
И много раз своё рожденье,
У Геркулесовых столпов.
Для всех чужой, бредёт туманами,
Ведёт его души печаль.
Хранит, сокрытый океанами -
Закон – духовную скрижаль.
Он просыпается в грядущем,
Идёт дорогой прошлых дней.
Он не тревожится о сущем,
Несет он крест земных страстей.
И я, по нити, что оставил,
Иду неведанной тропой.
Куда ведёт? В какие дали?
И почему идём четой?
Он знает страны без названий,
Он слышит эхо новых дней.
Но кто он – странник мирозданья?!
Этот близнец души моей.
Опять мне небо шлёт подарки,
Порывом сердца двух людей.
Два аметиста – цветом ярки!
Но выбран тот, что мне милей.
Мне камни даром предложили,
Пастух и добрый Паладин.
Вот, только тайну не открыли,
Два камня брать или один?
Зачем был дан мне самородок?
И знает ли об этом Бог?
И где та грань моей свободы?
Совет бы неба мне помог.
Но камни брошены и поздно,
Мне с небом спорить! Пусть ведёт.
Два аметиста – даром звёздным,
И судьбоносный поворот.
Речка, крытая снегами.
Я сижу на берегу.
Разожгла костёр стихами,
До последнего сожгу.
Всё, с чем сердце не смирилось,
И назад я не вернусь.
Память бьётся! Спохватилась!
Догорит… я в храм спущусь.
Помолюсь, всё станет ясно,
Постою в круге свечей.
Я надеюсь, не напрасно!
Указал мне путь ручей.
Что пойму… а что оставлю…
Может быть, ещё приду.
Может, что в стихах исправлю…
Что приду, я не лукавлю!
В знойный август, в Спас – в меду.
Вот это взгляд! Так смотрит небо!
Горят Плеяды! И не скрыть,
Всю нашу быль и нашу небыль,
И ничего не изменить.
Все наши страхи так нелепы!
Живём обманами… а жаль!
Горят Плеяды! Сердце слепо,
Свет укрывает слёз вуаль.
О, Лань, бегущая к Гепарду!
«Остановись!» – ей шепчет Лес.
О, Лань! Блаженнейшее чадо!
Утерян к жизни интерес.
Но кто же Лань ко рву толкает?
Никто не может ей помочь!
Тень Леса маревом пугает,
А в спину гонит «норд-вест» прочь.
Лань верит, что озёр прохлада -
Омоет раны, и она,
Вниз полетит за водопадом…
И вдруг, окликнул Лань у рва,
Олень с глазами Монтесумы!
Сказал: «Эй, Маленький Глупец!
Ты верь в себя! Твой страх придуман,
Так говорил и наш Мудрец!»
Повёл он в Сад Семирамиды,
Там вдалеке струился свет.
На пике Вечной Пирамиды,
Сам Бог включил огнём рассвет.
Он осветил, что было скрыто,
Открыл ей тайнами во сне -
Просторы неба – Огнем шиты,
Миры, живущие во тьме.
И Лань прыжок остановила,
И Оленёнка родила.
А если б прыгнула, – зла сила,
Водой его бы унесла!
Но кто был этот Монтесума?
Кто нашу Лань остановил?
И есть поверье… Кто придумал?!
Что это Бог у рва ходил.
Кто-то есть птица,
Кто-то – человек.
Кто-то Бога частица,
Кто-то нарёк себя Зверем навек!
Я пленница другой планеты,
Гуляю нитями орбит!
Я неофит! Что мне запреты!
И мне звезда принадлежит.
Узор тот ярче, чем Плеяды,
Там царство Лады, мир богов.
И Лада правит звездопадом,
Белых огней на ней покров.
Стройна, красива как берёзка!
Дала мне Лада дивный дар.
Мы встретились у перекрёстка,
Здесь не бывал даже Икар!
И я пошла тропой рассвета!
И я свяжу судьбы узор!
Пройду порталами завета,
Подброшу Огнева в костёр.
Пусть ноги в пыль дорогой судеб!
Венок взяла я – даром снов.
И как там время не рассудит!
Но будет урожай стихов.
Она родилась не такая, как все
Она родилась с душой обнажённой.
Она не вела с этим миром бесед,
Она родилась заклеймённой.
Она не пускала других в свои сны,
Она не была их страстями ведома.
Она не боялась ночной тишины,
Хоть мир её снов был «богами» изломан.
Она не хотела душой заболеть,
И в страхе прожить в мире мрака.
Она так хотела в свой мир улететь,
В тот мир, что предрёк ей оракул.
Она оставалась глухой и немой,
И мир раздражала её монотонность.
И в шумной «коморке» прослыла чужой,
Но ей не нужна была их благосклонность.
Она рисовала мечтами свой мир,
Она забывалась слезами.
Она не теряла души ориентир,
Она говорила глазами!
Она говорила – не целься в других!
Не надо стрелять из оружия.
Не надо быть злым, чтобы мир не утих!
Делиться своим равнодушием.
Она говорила… Молчанием жгла!
