Робин не знала, что ему сказать. Она уже была на грани истерики.
Единственный способ справиться с этим, решила она, это прикидываться, что ты спокоен. Если сможешь притворяться так хорошо, что обманешь кого-то другого, то, быть может, обманешь и самого себя.
Ангел падал теперь прямо перед Робин. И, пока она его разглядывала, в голову ей пришли две мысли. Во-первых, он входил в число встреченных ею в жизни, быть может, пяти человек, которые были еще ниже ростом, чем она сама; а во-вторых, она искала и не находила никакой причины, чтобы считать его мужчиной. Интересно, почему же она с самого начала так решила? Никаких внешних половых органов у ангела не было; между ног у него был лишь клочок переливающихся зеленоватых перьев.
Должно быть, дело было в его жилистости. За краткое время пребывания на Гее Робин привыкла связывать с мужчинами некоторую угловатость. Ангел же казался целиком слепленным из костей и жил, покрытых равным количеством безволосой коричневой кожи и разноцветных перьев.
— Ты, часом, не ребенок? — спросила она.
— Не-a. А ты? — Он ухмыльнулся. — Ну вот. Теперь, по крайней мере, ты стала вести себя соответственно моим ожиданиям. Твой следующий вопрос будет: мужчина я или женщина? Будь уверена, я мужчина до мозга костей и весьма горд этим несчастьем. Про несчастье я упомянул потому, что ангелы-мужчины живут вдвое меньше ангелов-женщин. К тому же они еще и мельче. И размах крыльев у нас поменьше. Но есть и кое-какая компенсация. Ты когда-нибудь занималась этим в воздухе?
— Я вообще никогда… Ни в воздухе, ни в невесомости.
— А хочешь попробовать? У нас еще примерно минут пятнадцать, и я могу гарантировать тебе незабываемые впечатления. Ну так как?
— Нет, нет и нет. Не понимаю, с чего тебе вдруг приспичило.
— Такое уж у меня отклонение, — радостно признался ангел. — Ничего сладостней я просто не знаю. И никогда не смогу насытиться. Я вечно болтаюсь по округе, ожидая, пока тут будет пролетать еще одна жирная землянка. Ну а потом… Услуга за услугу.
— Значит, у тебя такса такая?
— Не-a. Не такса. Я все равно тебя спасу. Терпеть не могу смотреть, как люди расшибаются в лепешку. Но все-таки? А? Как насчет? Подумаешь, жертва какая! Почти все с радостью платят мне за услугу.
— А я не хочу.
— Да ты странная какая-то, знаешь это? Никогда не видел человека с такой раскраской. Ты что, такая и родилась? Или, может, ты какая-то особая разновидность? Просто не понимаю, почему ты не хочешь. Это же так быстро. Раз-два — и все. Какая-то минутка. Я что, многого прошу?
— Много вопросов задаешь.
— Я просто хочу… оба-на! Самое время поворачивать — или ты дол-банешься… осторожно!
Робин впала в панику, думая, что земля уже под ней. Она неудачно попала в сильный ветер, и ее закрутило.
— Расслабься еще разок, — посоветовал ангел. — Ничего, выправишься. Так-то лучше. Теперь поглядим, как ты сможешь развернуться. Прижми руки к боками, а потом отведи чуть назад.
Робин сделала как сказано и стала похожа на спортсменку, прыгающую ласточкой в воду. Они теперь пролетали сумеречную зону — достаточно близко к земле, чтобы увидеть, как она движется. Ангел подобрался к Робин сзади и обхватил ее руками. Руки были сильные и твердые как канаты. Одна обхватила груди, другая вцепилась в пах. Робин почувствовала, как к шее прижались холодные перья, а затем теплые губы обхватили мочку ее уха.
— Ты такая мягонькая, с такими миленькими картиночками…
— Во имя Великой Матери, если ты хочешь меня изнасиловать, то валяй скорее — и будь проклят, лживый павлин! Нам не сутки еще лететь! — Робин дрожала; страх падения и подступающая к горлу тошнота мешали ее самообладанию.
— Что у тебя в мешке? — кратко спросил ангел.
— Мой демон.
— Ладно, не объясняй! Держись за него крепче. Все, пошли.
Ангел аккуратно раскрыл свои громадные крылья, крепко обхватив ее руками Робин, казалось, потянуло вверх, вырывая ее из свободного падения.
Земля ушла вбок, когда ангел осторожно накренился. Он хотел направить Робин к Офиону — туда, где он тек между тросом, идущим от Места Ветров до ступицы. Река в той ее части, текущая на юго-восток, была широкая, глубокая и неторопливая. Для достижения этой цели ангел должен был сначала повернуть на юг, потом на север, чтобы добиться их плавного скольжения к реке. Затем нужно было продлить падение Робин, выровняв угол спуска. Иначе она шлепнулась бы на мелководье, не долетев до глубокой воды.
Они пролетели над группой кратеров. Робин не стала спрашивать, откуда они взялись. Падающие люди их сделать не могли; девяносто метров в секунду просто не способны придать телу столько кинетической энергии. Но другие, более тяжелые предметы, чем, к примеру, сама Робин, отправленные с той же точки, что и она, вполне могли стать причиной происхождения кратеров. Ангел распростер крылья. Земля внизу была холмистая и лесистая, но впереди уже виднелся прямой отрезок реки. Робин все же не верилось, что они до нее доберутся. Ангел способен был поднять немногим больше собственного веса.
