— Мы отсоединили поврежденные отсеки, провели полный осмотр всех дефектов, — Ната сделал паузу и улыбнулась:
— Я запускала маршевый двигатель, мой допуск сработал. Модули системы управления огнем переставили на систему жизнеобеспечения. Удалось добиться полной герметичности — когда крейсер поднимется в воздух, произведу сброс поврежденных отсеков.
— Эта штука может летать? — Моему удивлению не было предела.
— Еще нет, мы сейчас пытаемся разобраться с системой навигации. Без ее функционирования крейсер не взлетит, потому что БСИИ не получит привязки к звездной карте.
— Разве Ульрих не говорил, что все навигаторы мертвы?
— Говорил, но обнаружилась интересная деталь, — Ната сделала серьезное лицо, — обещай не смеяться над парнем и не подкалывать его.
— Каким парнем?
— Щольц Рихард, он по штатному расписанию менеджер по обслуживанию БСИИ, но между ним и навигатором Полем Готье были отношения. Благодаря этому, Рихард знал коды доступа к навигации, и мы неплохо продвинулись в этом направлении.
— Ты хочешь сказать они того, — я сделал жест руками.
— Макс, не опошляй. Они из другого времени, свобода нравов, планировали узаконить свои отношения и завести детей. А вот кстати и сам Рихард, — Ната улыбнулась довольно молодому немцу, проходившему мимо. Только посмотрев след отметил для себя, что у парня узкая талия, да и пятая точка слишком рельефно двигается. Вопрос кто из них кого отпал сам собой.
— Макс, ты обещал, — напомнила Ната, заметив мой взгляд.
— Да черт с ним, — отмахнулся от немца, — как думаешь, когда возможно поднять в воздух это франко-немецкую колымагу?
— Может завтра-послезавтра, многое зависит от Рихарда, он вспоминает все, что ему рассказывал Готье.
— Не думал, что когда-нибудь буду зависеть от задницы парня, — не удержался я от издевки, закрываясь от Наты, накинувшейся на меня с кулачками.
Уже перед самым сном, Щольц вновь попался мне в поле зрения.
— Повезло тебе парень, что Санчо мертв, — улыбнулся немцу, в ответ пожелавшему мне «тоже доброй ночи».
Как и предполагала Ната, торжественный взлет звездолета состоялся спустя день. Перед стартом пришлось отвести людей подальше, никто не мог дать гарантий, что взлет произойдет без происшествий. Ната настояла, чтобы я остался снаружи:
— А вдруг, что-то не так, — упрямилась жена, не желая, чтобы я составил ей компанию при испытательном взлете, — моя смерть не трагична, а вот твоя будет ударом для всех. Правила требовали удалиться на полкилометра от стартующего звездолета. Компанию моей жене составил Рихард Щольц, при виде которого мне с трудом удавалось сохранить равнодушие и спокойствие. Грязные подколы так и рвались из русской души, но сдерживая обещание, данное Нате, подавлял в себе это желание. Остальные немцы вместе с Ульрихом что-то взволнованно обсуждали: один из них с пеной у рта едва не доходил до рукоприкладства в отношении вождя Ранаати. Заметив мой взгляд, Ульрих оставил своих соплеменников, поспешив объяснить причину размолвки. На ломанном русском, вставляя немецкие и английские слова, немец объяснил причину ссоры. Бесноватый боялся, что, получив звездолет Ната улетит, оставив их здесь. Потому и выговаривал Ульриху как старшему, за его мягкотелость, отдавшего космический корабль в чужие руки.
— Дебил он, — не знаю понял меня немец, но улыбку изобразил, возможно догадавшись о сказанном по моей интонации.
Я ожидал, что шум моторов «Романо» будет сродни шуму при старте космических кораблей моей эпохи. Когда высоко над деревьями появился крейсер, от неожиданности даже открыл рот: гигантский звездолет плыл по небу в паре сотен метров от нас абсолютно бесшумно. Даже бесноватый на минуту замолчал, приветственно вскидывая руки.
Звездолет завис над нашими головами, а потом стремительно взмыл в небо, уменьшаясь с каждой секундой. Прошло всего двадцать секунд, как «Романо» исчез из поля зрения. Вернулся крейсер пару минут спустя, подлетев к нам с запада. Он явно стал меньше в размерах: сделав круг над нашими головами, Ната стала плавно снижаться по направлению старого лагеря у берега озера.
Не сговариваясь, вся толпа Русов, оживленно переговариваясь, отправилась в лагерь. Звездолет несколько изменил позицию, теперь он находился чуть ближе к озеру, его корма не терялась в лесу, как это было прежде. На открытой стапели выхода, улыбаясь нас встречали Ната и Шольц. В этот момент меня абсолютно не беспокоила его сексуальная ориентация — в моем распоряжение появилось средство для полета в любую точку планеты.
— Макс, он просто душка? — Ната повисла на моей шее.
— Кто? Этот заднеприводной? — не смог удержаться от шпильки в адрес Шольца, которого немцы качали на руках, подбрасывая в воздух.
— Крейсер, дурак, — надула губки жена, выскальзывая из моих объятий. — Я отлетела в сторону и избавилась от поврежденных отсеков. БСИИ показал абсолютную герметичность, можно спокойно выходить на нем в космос.
— А зачем нам в космос?. — Притянув к себе Нату, прижал ее к груди, — Наш дом здесь, а в космосе нет ничего интересного.
