<Все махины запрашивают разрешения начать стрельбу с дальней дистанции, мой принцепс,> — доложил Даросс.
<Отставить. Разрешения не даю>, — ответил Кунг. Он прокручивал в голове цифры и варианты, проводя тактические вычисления с нечеловеческой скоростью благодаря усовершенствованной химии своего жидкостного потока. Он вычислил минимальную энергетическую мощность, потребную для пробивания единственной секции щитов «Императора», и время, за которое эта мощность должна быть приложена к цели. Возможно, если все махины наведутся по заранее подготовленным расчётам целеуказания и выстрелят одновременно? Нет, пространство для ошибки было слишком велико. Разные махины, расположенные в разных местах, каждая со своими данными на ауспике и особенностями стрельбы… Вокс и кант слишком неуклюжие инструменты для целиком и полностью скоординированного огня.
Что тогда? Геархарт доверил ему убить этого гиганта. Как бы Геархарт справился с ним?
<Даросс! Соедини меня со всеми принцепсами третьей группы и второго фронта!> — приказал Кунг. — <И всеми ещё оставшимися на поле боя принцепсами четвёртой группы! Всеобщий конгресс в Манифольде!>
<Слушаюсь, мой принцепс!>
Одно за другим, быстрой вереницей материализаций, изображения созванных принцепсов появились посреди Манифольда вокруг раки Кунга, мрачно уставившись на него. Изображение Ромулура Кибора, принцепса «Целестус Аристеас» четвёртой группы, дёрнулось, задрожало и сменилось шипением кода через секунду после появления: «Аристеас» был повергнут неистовствующим «Императором».
<Принцепс Кунг?> — вступил старый Левин.
<Слушайте меня все>, — прокантировал Кунг. — <Это не обсуждается, и сейчас не время для дискуссий. Подключайте свои БМУ напрямую к моей махине. Передайте мне управление вашими ауспиками и системами управления огнём. Предоставьте мне полномочия для управления вашими Титанами.>
<Соединение БМУ через Манифольд запрещено!> — прокантировал Терон со «Страйдекса».
<Если мы откроем наши БМУ в Манифольд, то рискуем получить вторжение мусорного кода и порчу!> — заявил Филостарт с «Атрокс Террибилис».
<Я уже сказал — это не обсуждается>, — повторил Кунг. — <Исполняйте немедленно!>
Изображения принцепсов поисчезали так же быстро, как появились. Кунг поёжился, ощущая, как открываются подключения. Он услышал рокот и хрип десятков других махин, словно находился внутри них. Он почувствовал пот и нездоровые выделения жидкостных систем, словно все остальные принцепсы оказались с ним в одной раке.
Груз чувственных ощущений оглушал. Кунг застонал от напряжения, ощущая тяжесть, навалившуюся на разум. Соединиться с одной махиной значило посадить дикого зверя на цепь в своей голове. Соединиться одновременно со многими махинами значило заглянуть через край пропасти, ведущей в ад.
Кунг вздрогнул, отгоняя мерзкие щупальца безумия, лижущие и грызущие края сознания. На секунду он добился просветления. Экзистенциальные ударные волны прокатывались сквозь него. Кунг привык быть гигантом, но сейчас он стал многими гигантами, соединёнными вместе — гигантом из гигантов, больше даже, чем ревущий «Император», что возвышался перед ним. Он стал третьей группой, и вторым фронтом, и остатками четвёртой группы. Он стал центром кружащейся, ревущей массы сознаний, яркой и беспощадной, как сверхновая, и катастрофически массивной, как чёрная дыра.
Собравшись с силами, всхлипывая, он объединил передачи ауспиков, приходящие с других махин, выбрал расчёты поражения цели и отправил их в разные системы ведения огня. Мусорный код выл и дребезжал на границах сознания, разъедая и стрекоча, стараясь пробраться внутрь и устроить хаос.
<Приготовить все орудия!> — выгрузил Кунг приказ.
Десятки махинных разумов послушно откликнулись. Десятки автоматов заряжания защёлкали, десятки ракетных установок распахнули приёмники для боеприпасов, десятки массивных энергетических орудий на руках и корпусах начали заряжаться, поглощая энергию из своих аккумуляторов. Десятки перекрестий и прицельных рамок наложились и свелись на одной и той же небольшой секции структуры пустотных щитов «Императора»: третьей нижней левой передней поясничной. Перекрывающиеся прицелы образовали чёткую светящуюся рамку в Манифольде, похожую на раскалённый клок паутины.
<Огонь!> — прокантировал Вансент Кунг.
В безукоризненном акте одновременного залпа объединённые махины открыли огонь. Со своих разбросанных позиций внутри и снаружи Симфонии махины Инвикты и Темпестуса полыхнули огнём в абсолютной координации. Неистовые лучи энергии хлестнули сквозь огонь и дождь, ракеты ринулись в темноту, прогрохотали бортовые залпы — совмещённая ярость, достаточная, чтобы разрушить целый город.
Всё это одномоментно ударило в одну десятиметровую квадратную секцию пустотного щита.
Третья нижняя левая передняя поясничная секция прогнулась, как мыльная плёнка от дуновения, и лопнула. Наносекунду спустя, «Аугменавтус Рекс» испытал общесистемный каскадный сбой щитов, когда взорвались генераторы, попытавшиеся скомпенсировать и перекрыть недостающую секцию.
