– И что в этом плохого? – поддавшись эмоциям, начал злиться мужчина. – Разве не этого ты хотела? Разве не лучше вернуться к своей привычной жизни в роскоши и безопасности, вместо жалкого выживания в этом убогом и опасном месте? Тебя устраивает такая жизнь?! – жестом обвел он руками обшарпанный, несмотря на все старания, дом.
– Да! – не ожидал демон такого ответа, но девушка была как никогда решительной. – Да, именно такой жизни я и хотела! – сжала она кулаки по швам, смотря на демона блестящими от сдерживаемых слез и злости глазами исподлобья. – Кто ты такой, чтобы решать за меня, что устраивает, а что нет?! – наступала она на него с угрозой и претензией, не оставляя мужчине иного выбора, как отступать под ее натиском. – Кем ты себя возомнил, чтобы судить, что для меня благо? Ты меня спросил? М? – с вызовом вскинула она подбородок. – Не задумывался ли ты, какого мне было жить в столице и какие ассоциации у меня с этим местом? Допускал ли ты мысль, что я, быть может, всю жизнь желала именно такой тихой и незаметной жизни подальше от столицы и семьи, где меня воспринимали лишь инструментом и игрушкой, которой пользовались, а за ненадобностью выбросили? – буквально рычала девушка, больше не сдерживая слезы, которые крупными каплями катились по щекам. – Чем ты лучше тех, кто играл с моей судьбой по своему усмотрению? И что же теперь? Что ждет меня по возвращении? – вскинув брови, невесело засмеялась она, а после глухо и коротко обронила: – Своими действиями ты обрек меня на повторение моего кошмара, из которого я только-только успела вырваться: вернусь в столицу, восстановлюсь в семейном реестре, а после родители просто продадут меня повыгоднее какой-нибудь аристократической семье, как и планировали изначально, чтобы отбить затраты и утраченный авторитет семьи, – холодно описала она свое возможное будущее, от которого мужчине самому стало дурно и тяжело дышать, представив, что это может сбыться. И причиной подобного стал именно он. – Ну, спасибо, «друг», удружил, – безжизненным тоном, внезапно лишившись вообще всех эмоций, словно бездушная кукла, поблагодарила девушка, но, по мнению Викира, лучше бы залепила ему пощечину. – Век не забуду твою «доброту», – криво усмехнулась девушка и отвернулась, чтобы вернуться в свою комнату.
– Наоми… Я не этого хотел… – надломлено произнес Викир, но девушка не обернулась, лишь бросила безликим тоном:
