Было время, когда наша Земля выглядела безупречно. А потом все изменилось… Мы потеряли два материка. Кажется, их называли Америками… И это, увы, не все.Технологии… Их больше нет. От земной цивилизации остались жалкие крохи.И только один человек знает, что же произошло на самом деле и как нам все вернуть. Но он заключен в глубинах чужого сознания, а значит, никогда и никому не расскажет об этом. Никому, кроме меня. Потому что я – Тюремщик.
– Чтоб ты сдох, проклятый библиотекарь!
Приглушенный, но очень эмоциональный возглас эхом раскатился среди башен Кольца, розовевших под последними лучами солнца. У подножия одной из них, невысокой и полуразрушенной, в сиреневой тени ворочались две фигуры, пытаясь выбраться из зловонной жижи. Вот уже сто пятьдесят лет тут перегнивали и никак не могли перегнить растения сектов, упавшие с изъеденных молниями Башен. Наконец одной фигуре удалось подняться и взгромоздить на себя другую, вымазанную грязью до самых глаз. Ветер подхватил и унес в темнеющие небеса новую порцию ругательств.
Продолжая про себя, Дэмьен поудобнее закинул руку проклинаемого на плечо и потащил полубеспамятного библиотекаря к ближайшей осыпи милка.
– И дернул меня сект наткнуться на тебя, жердина двухметровая! Ну валялся бы себе тут до ночи, ну сожрали бы тебя нар-коты… – Дэмьен продолжал монолог, не ожидая ответа.
Ему просто нужно выговориться, выпустить пар. Слишком долго он пробыл в Кольце, слишком вымотался, слишком… А тут еще угораздило напороться на этого би-бли-о-те-ка-ря! И нет, чтобы был он из Циркуса или из Британского Сектора. Да даже из Русского… Куда там. Парень оказался самым настоящим Пасмурным библиотекарем. Ни образования системного, ни опыта, ни мышц. Одна кожа да кости. Двухметровые. Однако, судя по сминающей хребет тяжести, весил доходяга не меньше центнера.
«Да у него в костях вместо кальция железо, – мысленно хмыкнул Дэмьен. – Феррум. Трехвалентный».
Неожиданное уточнение застало его врасплох. Ведь Дэм твердо полагал, что все забыл, тем более уроки химии. Они с Юлианом так часто их прогуливали… Сколько же лет прошло. Десять? «Одиннадцать. Одиннадцать лет, три месяца и 16 дней», – поправил кто-то, прячущийся в самом потаенном уголке сознания.
Не в Комнате, нет. Там, как обычно, царила Пустота, ждущая и выматывающая. Просто внутренний голос Дэмьена в последнее время совсем распоясался и не собирался молчать, даже когда его никто не спрашивал. Вот и сейчас тихо и нудно бубнил невесть что:
– Брось меня. Книги только возьми. Передай их мастеру Вертидесу. Пасмурная зона, Южный сектор. Третья Восточная улица, дом 344. Пожалуй-кх-к-хх…
Дэм немного растерялся, прежде его внутренний голос никогда не заходился надсадным кашлем. И только ощутив содрогания висевшего на нем тела, понял, что библиотекарь очнулся.
– Я еще у тебя на посылках не служил, – пробормотал Дэмьен, усаживая свою ношу на относительно сухую и ровную плиту и осторожно приваливая к еще теплому боку башни.
Ему всегда было любопытно, как это милк, из которого она сделана, умудряется сохранять тепло почти до утра.
От бесплодных раздумий отвлек вещмешок, выпавший из скользких пальцев библиотекаря. «Ну, посмотрим на его драгоценные книги», – Дэм аккуратно развязал лямки и вытер руки о наименее замызганную часть куртки. Будучи грязным с ног до головы, библиотекарь умудрился сохранить ценный груз от соприкосновения с гниющими листьями.
Книга, которую Дэмьен вынул из мешка, оказалась довольно толстой, в твердой обложке, хоть и не слишком яркой. «Научная, кажется. Это хорошо», – он бегло пробежался по оглавлению. Почему-то оно было не в конце, а в начале.
– Жюль Верн. «Таинственный остров». Главы… – пробормотал вполголоса Дэмьен и сразу же понял, какое сокровище раздобыл снова отключившийся парень. Конечно, Жюль Верн писал романы, но в них было столько полезных сведений…
«Сколько открытий мы повторили благодаря его книгам! Сколько изобретений!» – Дэмьен аж дыхание задержал от открывшейся перспективы.
Этой книги не было даже в библиотеке Циркуса. Пасмурному невероятно повезло! Дэмьен с любопытством покосился на лежащего. Теперь, когда не надо было сгибаться в три погибели под его тяжестью, появилась возможность хорошенько рассмотреть библиотекаря. На вид тому было около двадцати. С высоты своих почти двадцати девяти Дэмьен тут же записал парня в анфаны[1]. Цвет глаз под закрытыми веками разглядеть не удалось, зато пухлые губы и впрямь придавали измазанному лицу детское выражение. Неожиданно эти губы разомкнулись и…
– А ты образованный, – библиотекарь открыл невероятно синие глаза и уставился на Дэма. – Читать умеешь… Из высших, наверное? Из Циркуса?
– Чушь несешь, – буркнул раздосадованный Дэмьен. – Все умеют читать.
Он аккуратно закрыл книгу и принялся запихивать обратно в мешок.
– Все умеют читать на общем, – не отставал дотошный библиотекарь. – Или на британском, он почти такой же. А эта книга написана на франкском, ты же с листа прочел оглавление…
Неудобные вопросы – меньшее, что ему нужно. Дэмьен всерьез задумался о том, что библиотекаря придется оставить.
– Теперь бросишь меня? – синеглазый криво улыбнулся. – Я ведь сразу догадался, кто ты.
– И кто же я? – Дэмьену вдруг стало по-настоящему не по себе. Не может быть, чтобы… Прошло столько лет, его бы теперь и мать родная не узнала, будь она жива.
– Ты – добытчик: от тебя так и несет грассой. И все зовут тебя Шер.
