– Но откуда тебе это известно?
– Дело в том… что именно я его арестовал.
– Вот даже как… Ты даже здесь отличился. Где бы ты ни появился, везде все разрушаешь! Не звони мне больше…
– Надежда… – Но в трубку уже ударили короткие гудки.
Некоторое время Загорский вслушивался в них, а потом сунул трубку в карман. Определенно сегодня день не задался. Хотя еще утром он считал иначе. Да что там утром! Какой-то час назад признавал сегодняшний день наиболее удачным за прошедший год. Лучше бы его здесь не было, тогда можно было бы хоть как-то оправдаться перед Надеждой.
И все-таки он будет ее добиваться. Первое, что сделает завтра, – это позвонит ей. Хотя нет, следует поступить иначе: нужно подъехать к ней домой и наконец увидеть сына. Интересно, на кого он больше похож, на папу или на маму? Павел невольно улыбнулся от этой мысли, понимая, что уже завтра жизнь станет совсем иной.
С работы Герасимов возвращался в скверном расположении духа: то, что теперь его попрут с работы, он не сомневался. Хотя, если вдуматься, особой вины за собой не ощущал. Невозможно всего предвидеть! Кто бы мог подумать, что кто-то бронированной машиной снесет стеклянные двери банка, отключит всю сигнализацию, все видеорегистраторы и башенным краном снесет купол банка. А потом, смешавшись со служащими, выйдет спокойно из банка и исчезнет.
Ему пришлось противостоять изощренному преступному мозгу, против которого он был просто бессилен.
И поделом! Уже завтра придется искать новое место работы.
Герасимов жил недалеко, а потому до дома добирался пешком. Но в этот раз шел медленно, предчувствуя неприятные объяснения, а тут еще и дочь со своим кавалером… Неожиданно прозвенел звонок. Эта была Вика, дочь. Прямо-таки чувствовала, что он о ней вспоминает.
– Слушаю, – произнес Герасимов.
– Папа… я бы хотела попросить у тебя прощения…
– Я уже все забыл, – неуверенно соврал Герасимов. Следовало сказать дочери что-то теплое, но вот слов почему-то не находилось.
– Знаешь, папа, а Славик сделал мне предложение.
– Вот как? – переспросил Герасимов, но облегчения не почувствовал. – И когда свадьба?
– Через месяц, мы уже подали заявление.
– У тебя все будет хорошо, дочка. – Он проглотил подступивший к горлу комок.
– Я это знаю, папа, – произнесла дочь.
Герасимов отключил телефон и улыбнулся радужным мыслям. Надо же, как оно складывается-то! Скоро он станет дедушкой! А в этом что-то есть, черт возьми!
