Е. Польская вспоминает, что "с отступившими немцами ушли тысячи и тысячи советских подданных… Казаки же уходили сплошь… И пока сын был у Доватора (советский кавалерийский генерал – А.Ш.), отец, зачастую уже побывавший как раскулаченный в Сибири, погружал семью в бричку и катил на Запад за отступавшими немцами, в "хвосте" которых все более накапливались силы для новой гражданской войны… Следует заметить, что и сын-комсомолец-доваторец, узнав о формировании антисоветских казачьих частей, при первой возможности (часто это был плен) ускользал от защиты социалистического отечества и искал на Западе, нет ли там его батьки или братана…"
"Кубань и Ставрополье – "русская Вандея" – уходили за немцами добровольно. Десятки сотен бричек заскрипели по степям в направлении Украины, Белоруссии и по указанию немцев спустились в Италию. Это был великий и последний в истории казачества "Отступ"."
Проект жестоко отомстил казакам за их очередное восстание. Согласно Ялтинским соглашениям, красновцы, при содействии английской масонерии, были брошены в лагерное чрево Евразии. Это произошло 2 июня 1945 года в австрийском городе Лиенце, на глазах Е. Польской. Она пишет: " Программа сопротивления (выдаче – А.Ш.) была несложна и наивна. Всем без исключения… следовало образовать вокруг аналоев с иконами, вокруг священников, начавших молебен о спасении, плотный массив и противостоять даже выстрелам, драться с англичанами врукопашную, поднимая им навстречу иконы и детей. Почему-то у простых людей была вера: молящихся нас не посмеют взять насилием. Мы все еще были в иллюзии "свободного мира", в котором религия уважаема… Взяли с собой еду и пеленки – сопротивление мыслилось долгим. Религиозный экстаз был велик. Всю ночь священники исповедовали желающих".
На рассвете, 2 июня, "с началом молебна многотысячная толпа опустилась на колени… В середине безмерной толпы блистал лес хоругвей. Женщины, дети и штатские были в середине. Их окружал массив безоружных солдат, строем прибывших "из полков". Они готовы были принять первый удар насилия". Краснов и высшие казачьи офицеры были уже схвачены.
