Тюрьма народа полностью

Исконная Русь – это норманно-венедский Новгород, органическая часть Северной Европы (недаром новгородцы вели свою родословную "от рода варяжска"). Русские – это не русскоязычная кавказо-татаро-еврейская масса, наводнившая сегодня улицы столицы Эрэфии. Русские есть потомки норманнов и венедов, белые люди, нордическая соль нашей земли, целенаправленно истребляемая азиатами на протяжении российско-советской истории.

История изначальной Руси – это драматическая летопись борьбы окраинного европейского государства с Азией – будь то Византия или Хазария. Уже Аскольд и Дир воевали и с "ромеями", и с "жидами". Это было принципиальное противостояние нордического и "южного" начал. Борьба с Хазарией носила подчас особо драматичный характер: так, ряд историков считает доказанным наличие в Киеве в эпоху Ольги "хазарской администрации и хазарского гарнизона". Потому-то Ольга и отправила малолетнего Святослава в свободную от азиатского гнета Северную Русь, в Ладогу (на "Новгородчину"), доверив воспитание сына норманнам – Свенельду и Асмуду. Они-то и взрастили сокрушителя Хазарии (важно отметить, что в поход на Итиль Святослав отправился опять же из Северной Руси, пройдя по Оке и Волге). Однако и после разгрома Каганата опасность с "юга" не исчезла – оставалась Византия с ее смешанной кровью и странной религией, возникшей в знойных семитских пустынях. Сын снегов, Святослав не остановился даже перед размолвкой с матерью, попавшей под византийское влияние. Прямо и честно, как его учили Свенельд и Асмуд, он сказал матери: "Вера христианская есть уродство. Если приму ее – надо мной дружина смеяться будет".

Конечно, отправной точкой пути к Евразии следует считать 988 год – год насаждения на Руси христианства византийского образца. Византия, малодушная, лукавая и уродливая, эта реторта межрасового смешения, стала духовным авторитетом для нордической Руси. Неспособный победить "варваров Севера" в честном бою, Царьград при помощи велеречивых греческих монахов сделал Русь своей религиозной колонией, под прикрытием церковных догматов навязав простодушным русам модель "многоплеменного евразийского котла". Для лучшего понимания того, чем являлась Византия в расовом смысле, напомним, что "император Лев III Великий (VIII век) был сирийцем, Роман I Лакапин (Х век) – армянином, а патриарх Константинопольский Фелофей (ХIV век) – евреем". Неслучайно, что евразиец В. Кожинов горячо отстаивает византийское "наследство" – разумеется, наряду с монгольским. Непонятно лишь, почему В. Кожинов, как до него – Л. Гумилев, так недолюбливает Хазарский каганат – ведь тот был вполне евразийским государством, только с более расово однородным и закрытым элитным слоем. И если бы не поход Святослава, освободившего Южную Русь, Евразийский Проект заработал бы гораздо раньше.

Немаловажным для нашей темы является вопрос о происхождении князя Владимира, крестителя Руси. В. Емельянов, автор знаменитой книги "Десионизация", высказал гипотезу, согласно которой мать Владимира, ключница его бабки, княгини Ольги, Малуша была еврейкой (по летописи ее отцом был некий Малк из Любеча). Парадоксально, но гипотезу "язычника" В. Емельянова, в принципе, разделяют и некоторые суперправославные теоретики. В книге Н. Козлова "Плач по Иерусалиму" (1999) читаем: " Великий князь Владимир Святой согласно летописным источникам являлся сыном рабыни по имени Малуша, состоявшей ключницей (милостивницей) его бабки великой княгини Ольги. По одной из исторических гипотез Малуша была дочерью последнего хазарского царя (евр. – Малка), что подтверждается, в частности, фактом принятия на себя великим князем Владимиром титула кагана, зафиксированного летописями и совершенно не свойственного для славян". При этом Н. Козлов особое внимание читателя обращает на предание о происхождении хазарской верхушки от "исчезнувших с исторической сцены после ассирийского пленения 10-ти колен Израилевых". Л. Гумилев также полагал, что правящий слой Хазарии был еврейским не только по вере, но и по крови, представляя собой прообраз "комиссарской" касты в Советской России. Брат Малуши Добрыня (евр. "Добран"?) стал одним из главных воевод Владимира и отличился особой жестокостью при крещении Новгорода (что, впрочем, вполне объяснимо с расовой точки зрения, если принять гипотезу Емельянова-Козлова). Крещение Добрыней Новгорода, активно не желавшего включаться в расово чуждый Проект, стало, по сути, первым евразийским террором против Руси (989 г.). "Пошло гулять по свету семя комиссара…" (С. Жариков).