Когда они проходили через заброшенный сад, признак прошлой красоты, и оказались перед лабиринтом, Канаель почувствовал, как боль в его груди выросла. Осторожно он поставил Удину на ноги, она зачарованно оглядывалась, глубоко вдыхая влажный воздух, к которому примешался запах моря. Теперь, когда туман исчез, тёмная, колючая изгородь казалась ему ещё намного больше, чем раньше. Казалось, Удина что-то увидела внизу под крутым утёсом, край которого начинался прямо за замком, потому что её лицо внезапно помрачнело.
Он последовал за её взглядом и смог рассмотреть, как тёмные волны ударяются о камни, отмеченные эрозией, пенящиеся волны бурлили в воздухе, а звук их ударов доходил даже до них. Когда Канаель, наконец, увидел, что так обеспокоило Удину, он вздрогнул: на горизонте выделялись мачты корабля, борющегося с волнами и штормом. Чёрный нос корабля указывал в их сторону. Корабль, который хорошо было видно в темноте даже невооружённым взглядом. Корабль, который он не захотел бы увидеть вблизи.
- Они скоро прибудут. Нужно торопиться, также ради Песни Небес. - Нежный голос Удины вырвал Канаеля из размышлений, и он сделал шаг вперёд, и снова посмотрел на колючую изгородь. Следы дождя блестели влагой на отдельных, бесцветных кустах, которые уже давно утратили свою жизнь. Туман рассеялся, но в воздухе всё ещё лежало давящее напряжение, которое он не мог себе объяснить. Он подумал о Песне Небес и сжал руки в кулаки.
Песня Небес ушла. Навсегда. А опасность, которая теперь нависла над четырьмя царствами, ещё далеко не устранена. Её жертва не должна быть напрасной.
Со стоном, облачённый в чёрное мужчина опустился на колени, испустил дух, и упал лицом вниз на пыльный пол. Вокруг его груди разлилась лужа крови, и на залитое лунным светом место опустилась тишина - после ужасных криков мужчин тишина оказала на уши Ашкина благотворное влияние.
Его взгляд задержался на неподвижном теле, пока он собрал и чистил своё оружие.
Запах свежей крови висел в воздухе, когда Ашкин закрыл глаза семи мужчинам, чьи тела лежали на земле внутреннего двора во дворце Далиен, недалеко от личных покоев Гарьена.
В тоже момент послышался громкий стук тяжёлых сапог, шаги, которые быстро приближались. Тут же за угол завернули охранники. На их груди был вышит арленский герб, а золотисто-жёлтая униформа в свете луны выглядела почти белой. Охранники вытащили свои мечи, лезвия переливались серебром, а острия были осуждающе направлены в его сторону. Когда они заметили трупы на земле, то остановились, как вкопанные.
Ашкин разозлился. Последние недели гнев всегда находился на поверхности, готовый вырваться по малейшему поводу. Например, когда он проходил мимо голой галереи, где раньше висели портреты правительниц. Или когда ему приходилось, как теперь, выносить глупые лица телохранителей Гарьена.
Какая мне разница, что случиться с жизнью этого сумасшедшего?
Больше всего ему хотелось самому убить этого подлого ублюдка, но Ашкин знал, что его младший брат и мать потеряют свою жизнь, если с Гарьеном что-нибудь случится. А его брат и мать были всем, что у него есть в этой жизни.
- Вы слишком медлительны, - сказал он мрачно, вытаскивая из груди мёртвого, лежащего перед ним, два метательных ножа и пряча их в сапог. - Они могли бы быть уже повсюду. Могли бы уже попасть в покои Гарьена. И вы называете себя охранниками?
Он сплюнул в ярости на землю, глядя на то, как мужчины начали поднимать трупы, и уже собрался уходить, когда услышал, как кто-то его зовёт.
- Ашкин, подожди.
Когда он повернулся, перед ним стояла молодая женщина со светлыми заплетёнными в косу волосами и в затянутом, серебристо-голубом, талвенстком костюме. Он заморгал. Как она смогла так незаметно подобраться к нему?
- Мне нужно с тобой поговорить.
- Кто ты такая?
- Меня зовут Лорина О’Риаль. Ты ещё ничего обо мне не слышал, зато мы слышали много о тебе. Гарьен Ар’Лен послал меня. Есть такое место, где мы смогли бы спокойно поговорить?
Ее осанка и взгляд выражали такое спокойствие, которого он еще никогда не встречал ни у одной женщины. Что-то в ней настораживало его. Она была другая.
Он кивнул и провел ее в помещение без окон, на нижнем этаже дворца, которое было в его распоряжении и содержало небольшую библиотеку. Она принесла с собой холодный воздух, и он ощутил ее запах. Инеевые цветы, как будто еще несколько мгновений назад она была в Талвене. Он тихо закрыл за ней дверь.
- Чем я могу помочь? - спросил он, и зажег светильник.
Лорина смотрела на него своими светло-голубыми глазами, обрамленными белыми ресницами. А вокруг радужной оболочки располагались золотистые крапинки, заметил Ашкин.
- Я одна из двенадцати потомков Потерянного народа, перешедших на сторону Гарьена Ар´Лен.
Он весело фыркнул. Каждый знал, что Потерянный народ вымер, но в тот же момент в его памяти всплыли слова Ерана и Гарьена. Он выжидающе скрестил руки на груди.
- Чего ты хочешь?
- Пришло время просветить тебя.
Когда он не ответил, она продолжила:
