Из ниоткуда над ней угрожающе нависла тучная фигура повара в темно-сером фартуке. Только сейчас она заметила, что шум из кухни стих. Быстро затолкав остатки фирменного блюда Осеннего царства в рот, Песня Небес, спотыкаясь, пошла прочь. Но недостаточно быстро, потому как повар оказался быстрее, несмотря на свой огромный живот. Он быстро схватил ее за руку и рванул к себе.
- Жалкая воровка!
Неожиданно он дал ей пощечину, отчего ее голова метнулась в сторону, а на щеке чувствовалось жжение. Песня Небес начала кашлять, подавившись клецкой. Растрепанные волосы, которые даже после многоразового мытья не становились чистыми, скрывали ее пылающие щеки, служа своего рода занавесом. В глазах танцевали крошечные, черные пункты, ее взгляд упал на массивные, кожаные сапоги повара.
- Если еще раз поймаю тебя здесь, прибью до смерти! А теперь, давай, убирайся!
Он резко отпустил ее, сплюнул ей под ноги и исчез в кухне. Песня Небес осталась стоять в оцепенении, чувствуя, как боль в щеке парализовала половину лица, а в бедре что-то сильно пульсировало. Одновременно она была рада, что легко отделалась. Когда боль отступила, и она немного успокоилась, ее взгляд скользнул к стеклянным куполам дворца.
Де’Ар. Он сказал, еда предназначена для семьи Де’Ар. Это имя вызвало в ней многообещающее покалывание в груди. Тёплое, знакомое чувство накрыло её, и Песня Небес улыбнулась, хотя это причинило боль. Возможно, её воспоминания связаны с этим дворцом. Завтра она пойдёт туда и выяснит, кто она такая.
- Прислушайтесь к себе. Вы должны найти свою середину, прежде чем сможете послать дух в окружающую среду. Только тогда вы услышите сны людей.
Навия была разочарована. Уже пять дней и ночей они сидели в хижине, а она до сих пор не достигла даже маленького прогресса. В отличие от Исааки.
С подозрением она открыла одно веко и наблюдала за Фереком, который сидел, скрестив ноги, между ними, положив руки слева и справа на свои бёдра. Его глаза были закрыты, в то время как монотонный голос наполнял комнату.
- Существует только один путь к вашей душе. Вы должны допустить все чувства, всю боль, всё ощущение счастья. Прислушайтесь к голосу ваших предков, зову богов, смешанному с вашей кровью.
Навия ничего не чувствовала. Совсем ничего. Только её левая нога онемела, зад горел, и боль взбиралась вдоль негнущейся спины. Про себя она задавалась вопросом, сколько ещё будет подвергать себя этой пытке.
- Ты слишком напряжена, Навия, - предупредил Ферек.
- Скоро наступит утро, а мы ещё не добились не малейшего прогресса.
- Если хотите, можем сделать перерыв?
Как по команде, желудок Исааки начал журчать, и она нервно рассмеялась, что сразу же расслабило обстановку.
- С удовольствием. Я умираю от голода!
- Я тоже ничего не имею против перерыва. Сосредоточиться получается всё хуже, - добавила Навия.
Ферек криво ухмыльнулся.
- Это было видно.
В ней снова проснулось чувство обиды, и она играючи ударила его в бок. Несмотря на её первоначальное недоверие, ей нравился Ферек. Однако это не мешало ей тщательно наблюдать за его другой, задумчивой стороной. Пока что у неё не было возможности поговорить с Исаакой наедине об её опасениях.
- Ах, замолчи! Я не могу себе представить, что у тебя получалось лучше, когда Мерлок учил тебя этому упражнению.
- Этого ты никогда не узнаешь, - сказал он, ухмыляясь.
Навия заметила ледяной взгляд Исааки и немного отодвинулась от своего нового учителя. Она ни в коем случае не хотела, чтобы между ними возникла вражда. Это просто не стоило такой глупой чепухи, потому что она заметила тайные взгляды между Исаакой и Фереком. Причиной больше, как можно быстрее рассказать ей о своих опасениях.
- Как насчёт того, чтобы вы позаботились об огне, а я между тем съезжу в город и привезу что-нибудь, вместо сушёного мяса и ягод. Тогда на завтрак мы сможем позволить себя кое-что другое? - предложил Ферек. Учитывая одну и ту же еду, и постоянную пустоту в желудке, Навия сразу же согласилась, а Исаака производила удовлетворённое впечатление.
Однако казалось, она о чём-то задумалась. Её белокурые волосы спадали сегодня длинными волнами на плечи. Кроме того, она заметно чаще играла с отдельными прядями, кокетливо улыбалась, а также её тон не всегда был мрачным или агрессивным.
- Я могу пойти с тобой ... - сказала Исаака, на её щеках разлился нежный румянец.
Смущённо она опустила голову, дёргая за кончики своих волос.
Ферек тоже внезапно выглядел смущённым, провёл рукой по волосам.
- Конечно!
Оба встали и поспешили выйти из хижины, совершенно забыв о Навии. Качая головой, она смотрела им вслед.
- Нола точно сможет вас обоих отвезти, - крикнула она ещё, хотя знала, что это не составит проблемы. Когда немного позже она разожгла огонь и растопила в кастрюле снег, она заметила, как её охватила глубокая усталость. Несмотря на неудачи, последние дни были очень напряжёнными.
