Канаель последовал его совету, и мир вокруг него постепенно померк. Он забыл, где находится, больше не ощущал мягких простыней, на которых лежал. Ему даже удалось заглушить шум волн в порту и свист ветра. Все что он слышал, было его собственное равномерное дыхание.
- Прислушайся к себе. Пока все еще в темноте. Как только ты найдешь точку полной уравновешенности, ты увидишь перед собой слабый свет и пойдешь к нему.
- Я ничего не вижу,- ответил Канаель и крепче зажмурил глаза. Он чувствовал руку Геро на своей, жест, который успокоил его.
- Расслабься. Не нужно себя заставлять. Ты просто должен быть в гармонии с собой и окружающим миром.
Какое-то время он пытался делать все, что требовал от него Геро, но когда он так и не увидел света, который бы рассеял темноту, Канаель стал нетерпеливым.
Он открыл глаза.
- Не получается.
Его голос звучал гораздо раздраженнее, чем бы ему хотелось.
Темные глаза Геро сузились, и он покачал головой.
- Потому что ты не даешь. Попробуй еще раз, посчитай до пяти, прежде чем выдохнуть. Слушай свое дыхание и сердце.
Вздохнув, Канаель снова закрыл глаза и расслабился. В этот раз мир вокруг него померк немного быстрее, звуки стали еще тише. Он вдруг почувствовал себя легким, почти невесомым.
- Хорошо,- услышал он голос Геро. - Дело не силе, которой ты обладаешь, а в том, что делает из тебя поглотителя снов. Ты не человек. Ты дитя богов, и тем самым часть этого мира, гораздо больше, чем все остальное. Всегда помни об этом, всю свою жизнь.
Досчитав до пяти, он выдохнул и увидел перед своим мысленным взором слабый свет, неприметно горевший в темноте. Он мысленно направился к нему. Чем ближе Канаель подходил, тем больше и ярче становился свет, пока он, наконец, совсем не разогнал темноту.
- Я здесь,- пробормотал он, на выдохе продолжая считать. Его веки отяжелели.
- Что ты видишь?
- Я вижу только свет. Здесь светло и тепло.
- Оглядись вокруг. Здесь должно находиться что-то, что выделяется на фоне света.
- Где я? - спросил он.
- В той части самого себя, которая делает из тебя поглотителя снов, дар, доставшийся тебе от богов, твоих предков. Там где ты сейчас находишься, расположен центр времени и мира, и одновременно это твоя душа.
Канаелю казалось, что Геро говорит загадками, но у него не осталось возможности спросить его об этом, потому что, оглядевшись, он обнаружил зеленую маску, висящую в воздухе. Он подошел к ней и понял, что это была маска первосвященника.
Геро заметил изменения в его дыхании.
- Что ты теперь видишь?
- Маску первосвященника Кев.
Он услышал, как Геро громко выдохнул.
- Ты уверен?
- Да.
Тем временем он уже приблизился к маске и мысленно протянул руку, чтобы дотронуться до нее.
- Тебе нельзя к ней прикасаться.
Канаель тут же опустил руку. Свет замигал, и он почувствовал, как его пульс ускорился.
- Почему нет?
- Это твоя связь с богами... если ты дотронешься до маски, то прервешь ее,- напряженно ответил Геро. – Посмотри, что еще есть вокруг. Поищи сонный туман, который привел тебя в сон служанки. Какого цвета он был тогда?
- Я не знаю,- пробормотал Канаель. При всем желании он больше не мог вспомнить. С трудом оторвав взгляд от маски, он вновь огляделся и увидел вдалеке легкую туманную дымку. Зеленые клубы тумана кружились на свету, он почувствовал, что каким-то странным образом связан с ними. Затем Канаель увидел другой туман, который танцевал на месте гораздо быстрее и нетерпеливее.
- Это энергия Солнечного Смеха? - спросил он и пошел навстречу. От тумана исходило интенсивное свечение, усиливающееся по мере того, как он подходил ближе. Ему показалось, что там было лицо Солнечного Смеха. Розовое. Розовая пелена. Грусть и угрызения совести охватили его, но Солнечный Смех улыбалась.
Казалось, она ни в чем его не винит.
- Туман? Да, это частичка ее души, которую ты поглотил из ее сна. Что ты видишь?
- Лицо служанки, прямо среди тумана.
Геро хмыкнул.
- Необычно. Как правило, люди отпускают свою душу.
Вокруг призрачного, колышущегося тумана вибрировал воздух. Как тогда в спальне, вокруг него танцевали блестящие частички. Канаель был растроган, увидев их.
- Хорошо, можешь возвращаться. Представь себе темноту, после чего открой глаза.
В этот раз Канаель без труда выполнил указание Геро. Мгновение спустя он сощурился от солнечного света, пробивающегося в комнату. Шум моря и голоса из комнаты под ними показались ему неестественно громкими, да и цвета в спальне вдруг тоже стали насыщеннее.
Каждая деталь обрела четкие контуры, он заметил, что на шкафу были царапины, как будто кто-то пытался его взломать, увидел, что занавески были неправильно повешены на петли. Его обоняние тоже улучшилось. В одном из соседних домов жарили рыбу, кто-то опустошил содержимое ночного горшка перед окном, а запах моря был повсюду, в воздухе, в кирпичах домов и даже на коже людей.
- Что со мной происходит? - спросил он, озадаченно посмотрев на Геро. - Почему у меня обострены чувства?
