Увы, в нем абсолютно не было предпринимательской жилки. Он безгранично доверял симпатичным ему людям, и перепроверять полученную информацию от управляющего семейным предприятием считал ниже своего достоинства. Кроме того, он не видел в азартных играх ничего зазорного, оправдывая это тем, что все люди нашего круга предпочитают пан чо в качестве любимого досуга. Я сжимала зубы и едва сдерживалась, чтобы не сказать, что наверняка его знатно облапошивают собственные приятели. Отец пообещал мне завязать со своим пагубным увлечением, но я так и не смогла ему поверить.
А ведь раньше я искренне считала его надежным и благоразумным человеком…
Но что я могла поделать, используя доступные мне пути? Мне было семнадцать, возраст, в котором молодых людей считали уже достаточно взрослыми, но это не распространялось на девушек. Поднять мой авторитет в глазах общества могли только замужество и рождение детей, и это несмотря на превосходное образование, о котором позаботились родители. К тому же дело, в которое я собиралась влезть, было совершенно неженским и уж тем более не касалось молоденьких девиц.
Но я проявила упрямство. Прежде чем вновь открыть найденную тетрадь, теперь надежно спрятанную в секретной секции моего письменного стола, я решилась на разговор с управляющим компании, близким другом семьи, которого лично хорошо знала с малых лет.
И мне заранее не верилось, что господин Линер Эвалус действительно настолько бездарен в управлении, что смог загубить дело, перешедшее в его руки в отличном состоянии.
Я выбрала строгий темный наряд, узкое коричное платье, которое визуально прибавляло мне минимум пару лет, небольшую шляпку и уместные украшения. И отправилась на разведку, что-то наврав маменьке про покупки и прихватив одну из своих надежных служанок в сопровождение, как и положено незамужней девушке моего круга.
Нам принадлежала компания «Светоч», которая производила алхимические эликсиры в крупных масштабах. Предприятие существовало уже третье поколение нашей семьи. Прадед в свое время смог выгодно вложиться, воспользовавшись благоприятными условиями на рынке и своими связями в Объединенной Республике, откуда наладил поставку ингредиентов для зелий и эликсиров в Рулевию по крайне выгодной цене. Официально, поначалу он был лишь инвестором, хотя в действительности сам принимал активное участие в становлении компании, — тогда было как-то непринято людям нашего происхождения марать руки в торгашестве. Но благосостояние семьи, и так, мягко говоря, немаленькое, при нем настолько преумножилось, что предпринимательство прадеда в открытую порицалось лишь теми, кто не мог справиться с завистью.
Кроме компании, отец имел, пусть и не такой большой, но весомый ежегодный доход за службу государю. Также нам принадлежали угодья, давным-давно дарованные еще самим Фенитием Первым за особые отличия моих предков. Прибыль с них, сколько себя помню, всегда была высока. Даже если сейчас идущий с них денежный поток по каким-то причинам и упал, неужели когда-то доходная компания стала настолько бездонной прорехой, что туда затягивало все деньги, полученные с родовых угодий?
Может, отец успевает проигрывать воистину колоссальные суммы? Или он распродал добрую часть земли нашей семьи?..
«Светоч» располагался на противоположной от нашего поместья окраине столицы, Эрги, в огромном красивом четырехэтажном здании из красного кирпича. Территория щерилась высоким неприступным забором и тщательно охранялась.
Раньше папенька частенько брал меня с собой, когда приезжал узнать, как здесь идут дела. Пользуясь своим положением, я регулярно доставала местных алхимиков сотней вопросов, на которые они терпеливо отвечали, благоразумно рассуждая, что портить отношение с хозяином предприятия — последнее дело, а меня надо лишь изредка перетерпеть.
Не единожды мне проводили индивидуальную экскурсию по всем цехам, и я вдоволь налюбовалась гигантскими отполированными медными чанами, где мешались бурлящие вещества, дарующие то исцеление телу и душе, то эйфорию, тонус или освобождение от коварных любовных чар.
Надо ли говорить, что я была в свое время искренне восхищена алхимией. Впрочем, это был лишь один интерес из многих других, что, возможно, уберегло меня от всяких уж совсем необдуманных экспериментов дома, а моих родителей — от расстройств по поводу порчи имущества, и, возможно, порчи самой меня.
Симпатичный молодой охранник, широко улыбнувшись, поздоровался. Он не стал задавать вопросов, а величественная металлическая дверь, ведущая на территорию алхимического завода, медленно и с натугой распахнулась.
Каблучки громко застучали по вымощенной камнем дороге, вдоль которой уже пышно, несмотря на то что весна только вступила в свои права, цвели огромные клумбы с крупными пахучими лиловыми цветами, — не иначе, в воду для них что-то подливают. В административную часть здания вела широкая мраморная лестница, напротив тихо журчал округлый фонтан с бирюзовой мозаикой на дне и красными суетливыми рыбками с длинными хвостами-вуалями.