Тьма полностью

– Подумай об этом. Алекс заведует всем полевым снаряжением. Это его работа – убедиться, что все хорошо, прежде чем мы отправимся в путь.

Дрю прав. Но мне никогда не приходило на ум, что Алекс был как-то виноват в случившемся. Конечно, если это так, он не был бы сейчас здесь? По меньшей мере, его бы отправили домой.

Я говорю это вслух.

– Некоторые из нас хотели этого, но Сандрин отказалась. Она считает, будто было недостаточно доказательств халатности Алекса.

– Значит, это была случайность?

Дрю слегка наклоняется вперед, чтобы мы могли хорошо друг друга видеть.

– Дело в том, Кейт, как я уже говорил, это не в первый раз. Кто-то умер, когда Алекс работал в Куинстауне. Несчастный случай на прыжках с тарзанки, под его присмотром. Еще одна неполадка снаряжения, по всей видимости.

Я немного отстраняюсь назад, желая получше сфокусироваться на лице Дрю.

– Серьезно?

– Ничего не было доказано, но девушка умерла. Это мелькало в газетах.

– Ты говоришь, что он сделал это намеренно?

– Нет. Господи, нет. Я имею в виду… он неаккуратный. Не проверяет все тщательно. А потом пытается повесить вину на других.

Я раздумываю над этим. Если бы это было правдой, почему тогда АСН наняли Алекса? По меньшей мере, они могли бы оспорить решение Сандрин и отправить бы его домой после смерти Жан-Люка.

– Откуда ты все это знаешь? – спрашиваю я.

– Люк рассказал мне. В любом случае, это широко известная информация.

Вы все думаете, что это моя вина.

Боже, неудивительно, что у Алекса такая сильная паранойя. Мне неловко даже обсуждать это у него за спиной.

– Кто был в этой экспедиции?

– Почти все мы – это позиционировалось как мероприятие для сближения команды, для тех, кто будет зимовать. Соня не поехала – она не хотела доверять погодный шар кому-то из летней команды плюс Раджив и Каро вызвались остаться и управлять станцией.

Я выдерживаю паузу, а затем задаю вопрос, который, наверное, не стоило озвучивать.

– То, что сказал Люк раньше про Алекса – он имел в виду, что тот курит много травы?

– Время от времени, – подтверждает Дрю.

– А ты?

– Это не мое. Видел слишком много людей, испорченных наркотиками, которые отбили у меня желание увлечься этим.

Он одаривает меня долгим взглядом, и я чувствую, как краснею – я снова вспоминаю таблетки, выпавшие из кармана. Думает ли он, что у меня серьезная зависимость?

Есть ли она у меня?

Я робко соскальзываю с койки и тянусь за своими вещами в полутьме.

– Мне нужно поспать. На это нет шансов, если мы вдвоем останемся на этой кровати.

– Да уж, эти койки точно отбивают желание.

– Послушай, Дрю, – начинаю я, поворачиваясь к нему, но потом замолкаю, пытаясь разобраться в путанице мыслей и чувств.

– Это звучит зловеще. – Его улыбка бесследно исчезает.

Я колеблюсь, осторожно подбирая слова.

– Не пойми меня неправильно, ты мне действительно нравишься, и я польщена. Но нам не стоило допускать этого. Я доктор станции, а значит, я должна оставаться полностью беспристрастной, и я не хочу, чтобы что-то этому помешало.

На несколько секунд повисает тишина.

– Непохоже, чтобы недавно тебя это волновало, – говорит он, избегая смотреть мне в глаза. – Мне показалось, тебе вроде бы нравилось, по крайней мере, поначалу.

– Я… мне не стоило так много пить. Я не думала, что творю, извини.

– Ты была пьяна. Ну, спасибо за комплимент. – Он моргает, обиженно глядя на меня.

О Господи, я плохо с этим справляюсь.

– Дрю, я не это имею в виду. Ты же знаешь.

Он несколько секунд разглядывает мое лицо.

– Без проблем, Кейт. Давай просто останемся друзьями.

– Тебя это устроит? – Я стою, чувствуя, что все прошло плохо, несмотря на его слова. А чего я ожидала?

Мне казалось, его это не побеспокоит, поняла я. Мне никогда не приходило в голову, что это может быть чем-то помимо сиюминутного отвлечения от монотонной жизни на базе.

Но он выглядит… подавленным. Я укоряю себя за беззаботность. За глупые предположения. Тот факт, что Дрю хорошо выглядит, вовсе не значит, что у него нет чувств. Это было глупо позволить нашей дружбе скатиться к легкомысленному сексу, последнее, чего я хотела, так это усложнить наши отношения.

– Мне жаль, – снова говорю я, на самом деле имея это в виду.

– Мне тоже. – Дрю одаривает меня печальной улыбкой. – Но все в порядке. Мы не позволим этому все испортить, ладно?

– Хорошо. – Я быстро обнимаю его, прежде чем уйти. Только когда я крадусь по коридорам, надеясь, что никого не встречу по пути, меня вдруг осеняет вопрос: делал ли Дрю это раньше?

Являюсь ли я последней в его череде завоеваний? В конце концов, летом здесь было достаточно женщин.

Это едва ли имеет значение, решаю я, входя в спальню. Я выпиваю несколько таблеток снотворного и падаю на кровать, мигрень уже дает о себе знать.

В любом случае это ошибка, которую не стоит повторять.

Сначала, я чувствую ее вес на груди. Два карих глаза с темными щелями посередине глядят в мои.

Эта узкая хитрая морда.

Я открываю рот, пытаясь закричать, но ничего не выходит.