– Уведите ее отсюда! – крикнул он Сергею и Вячеславу, застывшим, словно статуи, а затем добавил, намного тише: – Игорь, успокойся.
Сергей схватил Викторию за руку, стараясь вывести ее на улицу, а Вячеслав бросился на помощь Николаю, пытавшемуся удержать рассвирепевшего Игоря. И никто, кроме Вики, не заметил, как Ольга, охватив голову руками, побежала назад, в дом.
– Что, овца, не нравится?! – с истеричным хохотом прокричала она вслед Ольге. – Что же ты морду не кривила, когда у всех подряд в рот брала?!
– Да, уведите ее отсюда! – прорычал Николай, едва сдержавший очередной, бешенный рывок Игоря. – Я кому сказал?!.
Сергей сильным рывком, буквально, вышвырнул Викторию за калитку. Она, вскрикнув от боли, едва удержалась на ногах и зашипела ядовитой змеей. Слезы ярости брызнули из глаз Вики, превратив лицо в оскаленную маску Фурии.
– Да, вы все – педерасты! Готовы эту драную сучку с ног до головы вылизывать. Вы не мужики, а дерьмо собачье! – это уже была настоящая истерика.
Пена полетела с перекошенных губ Виктории, падая на рубашку и лицо Сергея. Он ударил ее. Ударил не из жестокости или злобы, а для того, чтобы привести в чувство. Виктория ойкнула и, закрыв лицо руками, опустилась на траву.
– Ну ты и дура! – протяжно проговорил Сергей, и захлопнул за собой калитку.
Игорь уже успокаивался, оставив бесплодные попытки вырваться из крепких рук друзей. Волна бессильной ярости и боли захлестнула его, затмив собой весь мир. Что-то надломилось в его душе, и чувство безвозвратной утраты какой-то очень важной части его жизни, безжалостной рукой стиснуло его сердце.
– Все, хватит, – глухо проговорил он, обращаясь к друзьям. – Отпустите. Я в порядке.
Николай разжал захват, с недоверием вглядываясь в лицо друга и компаньона. Он знал Игоря уже более десятка лет и понимал, что сейчас ничем не сможет ему помочь. Мошкарева всегда задевала чья-то грубость. Тем более, направленная на его близких. Он остро и болезненно реагировал на любые оскорбления, направленные близким людям, а практически любые нападки в свой адрес мог легко вынести и быстро забыть.
Николай знал, насколько его друг болезненно воспринимает оскорбления родных людей, и часто пытался его вразумить. Только это мало помогало. Вот и сейчас, чувствуя тщетность любых уговоров, Николай лишь укоризненно покачал головой, и отступил назад, потянув за собой Вячеслава.
Отпущенный друзьями, Игорь, словно сомнамбула, развернулся и побрел туда, куда ушла его жена. Горькая усмешка играла на устах Мошкарева и, когда он распахнул дверь в детскую, она не исчезла с его лица.
Ольга сидела на кровати дочери, обхватив голову руками. Она уже не плакала, словно забыв о реальности в своей отрешенности. Лишь изредка ее плечи передергивались, выдавая внутреннее напряжение, охватывающее женщину. Нездоровый румянец пламенными розами алел на ее щеках, делая до странности чужим, любимое Игорем лицо.
Татьяна сидела рядом, обхватив Ольгу за плечи, и что-то говорила ей. Но слова утешения, кажется, вовсе не доходили до воспаленного сознания Мошкаревой – Ольга даже дочь не замечала, которая испуганным птенчиком жалась к ее ногам.
– Таня, оставь нас, – усталым голосом проговорил Игорь, подходя к жене. И весь мир для него сжался до размеров этой комнаты.
На улице заметно похолодало. Бриз с необъятной Волги остудил отогревшийся за день городок, принеся с собой запах воды, рыбы, водорослей и чего-то еще неуловимого, присущего лишь большим водным просторам. Может быть, запах далекого мора?..
Сергей зябко подернул плечами. В бледном, призрачном свете луны мир казался совсем иным, совсем не похожим на тот, каким он выглядел днем. Он не стал чужим и инородным. Просто. Был иным, словно один из ликов Януса.
Городок был погружен во тьму. Внизу, у самой подошвы Волги, он был залит светом фонарей, а здесь, на холмах, царила Ее Величество Селена, презрительно глядя с недосягаемой высоты на редкие пятнышки электрического света.
Происшедшее на вечере не укладывалось в голове Сергея. Он не совсем понимал, в чем причина ссоры между Ольгой и Викой, но сейчас это было неважно. Гораздо важнее было то, какой вдруг стала его невеста, преобразившаяся в несколько секунд.
Виктории нигде не было видно, лишь стук ее каблуков раздавался неподалеку, эхом отдаваясь в ночной тишине. Секунду поколебавшись – вернуться в коттедж или догнать Вику – Сергей выбрал последнее. У него не было времени узнать, что произошло на самом деле у Мошкаревых, но, несмотря на скотское поведение Вики. Он посчитал непорядочным бросить ее сейчас одну. Впрочем, даже знай Сергей, что случилось в ванной, он не поступил бы по-другому.
Он догнал Викторию метров за сто от дома Игоря. Она бешено рванулась в сторону, когда Сергей попытался остановить ее, дотронувшись до плеча. Словно дикая кошка, готовая вцепиться когтями в глаза, девушка резко развернулась на каблуках. Да так. Что один из них хрустнул, не выдержав нагрузки. Взглядом, полным ярости дикого зверя, Вика обожгла своего жениха.
– Что тебе надо?! – почти прохрипела она.
