Сообщать ли подданным, что Маша пошла на поправку? Тут непросто. С одной стороны, это оздоровит обстановку и подкрепит лояльность элит. С другой, если что пойдёт не так, то может начаться форменная паника…
А медицина пока даёт очень осторожные прогнозы. Состояние стабильно тяжёлое, и насколько это самое «стабильно» стабильно, пока ответить не берутся.
Плохо.
Даже если абстрагироваться от всего прочего, Вовка пока явно не готов быть императором. Ни внутренне, ни внешне. Нет пока у него той харизмы, какая есть у его матери. Или у того же Мишки. Даже Динка сплошная властная обаяшка. А Вова вот пока не дозрел до восторга масс.
А это опасно.
Ведь пока всё держится на самой императрице-матери, но молодёжь бурлит, и сама Мария Первая отнюдь не символ их ожиданий перемен.
Это объективно и очевидно.
Доклады спецслужб это ясно показывают.
Что касается сообщения о поправке здоровья Машеньки, то тут и масса других нюансов. И связанных с этим проблем. Обрадовать подданных можно, тут слов нет, новость радостная и улицы по всей Империи наполнятся ликующими верноподданническими толпами. А вдруг, не приведи Господь, состояние ухудшится и случится страшное? Тут же пойдут разговоры, что нашу прекрасную любимую Марию просто убили! Придушили ли подушкой или сделали инъекцию – это совершенно неважно. Версий будет много. И та же самая, сегодня ликующая толпа завтра выйдет на улицы и снесёт власть к чертям.
И Империю заодно.
Никто не будет разбираться, а верить официальным сообщениям никто не будет.
И на этом всё.
Мария всё же нажала кнопку вызова под столом. Возник адъютант.
– Слушаю ваших приказаний, ваше величество.
– Олег, позови-ка ты всё же докторов…
Терра Единства. Ромея. Константинополь. Малый Императорский дворец. 8 сентября 2015 года
– Что читаешь?
Динка зевнула и перевернулась на спинку, глядя в потолок.
– Фигню всякую. Рецептики. Люблю гурманов.
– С чего?
Зевок:
– А они вкусные. Потому что правильно питались. С пользой для здоровья. Моего.
Остров Христа. Императорская клиника. 8 сентября 2015 года
Вовка поцеловал спящую обессиленную мать в щеку.
Он сидел тут уже три часа, глядя на неё. Пора уходить. Доктора уже четыре раза приходили и просили не беспокоить пациентку. Да и дел полно. Но не мог себя заставить уйти. Никогда даже не думал, как мать ему дорога.
– Поправляйся, мам. Я жду тебя. Мы все тебя ждём. Люблю тебя…
Терра Единства. Ромея. Константинополь. Малый Императорский дворец. 8 сентября 2015 года
Понятно, что и речи быть не могло о том, чтобы нас с Динкой вообще допустили на Остров, не говоря уж о доступе в личные палаты государыни. Это было исключено. Да и что бы я ей сказал? Ерунду какую-то. Разве в этом вопрос? Она нужна всем, вот и всё.
И мне тоже.
Информация о состоянии здоровья государыни пока закрыта от общественности. Решают там что-то. Не знаю, хорошо ли это. Но Мария Первая мудра, так что, может, я чего-то не понимаю. Мне ведь только шестнадцать лет. Я бы так не сделал, но кто я такой? Пусть даже Мария Первая и знает, кто я. Она, по факту, на Троне. Ей нести ответственность перед историей. Моё дело маленькое – целуй жену и спи, почёсывая пузо. Так что да, сплю (иногда) и поцеловываю её животик.
Там растёт наша Катенька.
Черное море. Линкор «Императрица Мария Викторовна». 9 сентября 2015 года
