– Не могу сказать точно. Спецслужбы точно нет. Визуальной фиксации тоже нет. Слышит ли Дядя? Не знаю. Официально нет, а там кто знает. Во всяком случае, связь между браслетами существует, и мне ещё придётся Вовке объяснять, откуда у меня такая штука появилась и с каких-таких делов. Про папаню своего я уж молчу. Отвечая на твой вопрос, отвечу – отказаться я не мог ни при каких обстоятельствах. Я боюсь за тебя и будущую нашу Катю. И за себя немножко тоже.
Диана молчала. О чём она думала? Бог весть. Женщины. Может, думала о нашей семье и о том, что она знала, за кого выходит замуж. Может, о том, что Клан Ухтомских крайне нервно, а может, и враждебно воспримет мой явный переход под крыло Дяди Феди. Может, ещё о чём-то женском. А может, и обо всём сразу. Женщинам это прекрасно удаётся. Мы так не умеем.
Наконец, жена выдохнула.
– Ладно. Посмотрим. Что мы теперь и куда мы теперь?
Обнимаю.
– На Остров. Пока на Остров. А там посмотрим. Не знаю даже, полечу ли я теперь на Марс.
Терра Единства. Россия. Императорский поезд. 14 сентября 2015 года
Эби усмехнулась:
– Ещё в бридж?
Вовка насупился.
– Если в карты, то только на раздевание.
Смех.
– А кто тут в итоге останется без штанов, а?
Эбигейл, наследная принцесса Великой Шотландии, герцогиня Ротсей, предложила:
– Может, партейку в шахматы? Ты вроде силён в этой игре?
Цесаревич хмуро посмотрел на одноклассницу.
– На раздевание?
– Очень смешно. Где шахматы?
Пока они расставляли фигуры на доске, Эби бросала взгляды на Вовку. Он был хмур и явно напряжен. Ситуация его раздражала. Надо мягче. Мальчишки – такие дураки в этом возрасте. Да и вообще.
А пока пятиюродные брат и сестра, прямые потомки Михаила Великого и Марии Благословенной, играли в шахматы.
– Мат!
Вовка удовлетворённо свалил на доске фигуру короля, как свалил перед этим фигуру белой королевы.
И добавил:
– А всё ж таки мужчины лучше играют в шахматы!
Эби, так старательно «ошибавшаяся» всю партию, смиренно кивнула:
– Да, тут не поспоришь. Мужчины значительно умнее.
Терра Единства. Ромея. Константинополь. 14 сентября 2015 года
День заканчивался. Но, вопреки официальным реляциям, бронетанковый батальон никто не спешил убирать с улиц южной столицы. Типа оставили на перекрестках и площадях, чтобы верные подданные могли своим детям показать гордость Империи и дать им возможность полазать по броне. Уроки патриотизма, мать их за ногу.
И рота Космодесанта придана для проведения экскурсий.
Капитан Розенфельд с отвращением посмотрел в закат.
– Оленька, солнышко, посмотри, какой танк. Давай попросим дядю офицера с тобой сфотографироваться на танке?
Яков Борисович чуть не схватился за голову. За что ему это всё?
Танки и прочая бронетехника тут стоят, готовые рвануть на подавление очагов мятежа в любой момент. Но приказано не пугать общественность. Поэтому вокруг шляются всякие экскурсии. Конечно, убрать их от колонны – это дело пяти минут, если что. Но как они выбешивают!
– Дядя офицер, а можно с вами сфотографироваться? Я веду свой канал в миросети и у меня уже триста пять подписчиков!
Девочка лет семи так искренне смотрела на Розенфельда, что у того чуть слёзы не навернулись на глаза. У него самого дочь Сара. Чуть младше, но такая же искренняя и любящая своего папу.
Кивок.
– Конечно. Товарищи, помогите этой прекрасной барышне, а я её тут приму.
Экипаж танка, томившийся в качестве «экскурсоводов», охотно помог маленькой девочке взобраться на броню.
– Привет, как тебя зовут?
Девочка (сама непосредственность) уселась на броню башни. Капитан усмехнулся:
– Меня называть можешь дядя Яша.
– Дядя Яша, а вам нравится служить в танковых войсках?
А что ответить девочке? Зачем ей все эти разговоры о чести, долге и прочем?
Они сидели на броне. Мама девочки была внизу, общаясь с танкистами и, естественно, поглядывая за своей дочерью. Но тут ей точно ничего не грозило.
– Ты знаешь… Ты же уже взрослая?
Девочка гордо кивнула.
– Ещё бы!
– Так вот, я тебе открою маленький секрет. Я не танкист. Я просто тут сижу на танке. Броня разогрета на солнце, и я тут греюсь.
Оленька подумала с полминуты.
– Но вы же офицер?
Кивок.
– Конечно.
Он встал перед девочкой и приложил ладонь к шлему.
– Разрешите отрекомендоваться, сударыня. Капитан Космодесанта Яков Борисович Розенфельд к вашим услугам!
Радостное:
– Здорово! А вы сфоткаетесь со мной на этом танке? Мои подруги обзавидуются!
– Конечно. Я в твоём полном распоряжении.
И подмигнул её маме.
Телефон. Камера. Фотосессия. Героические улыбки.
Наконец девочка успокоилась и грустно сказала.
– А мой папа в Африке сейчас. Я так скучаю. Он не офицер. Техник. У них там какой-то аэродром и он там. Чинит самолёты.
Яков кивнул.
– Это очень важная и уважаемая профессия. Без техников ничего работать не будет. Ни танк, ни самолёт, ни вообще ничего.
Она вздохнула:
– Я знаю. Просто очень скучаю. Но мой папа точно герой.
Кивок.
– Даже не сомневайся в этом. Твой папа – лучший папа на Земле и на Луне.
