Домик всего в 300 квадратов, среди роскошного огороженного парка, примыкающего к собственной пристани, в Состенионе, чуть севернее бухты баронессы де Боде, бывшей бухте Стения. Наследство от прапрабабушки княгини Емец-Арвадской – «тени Благославенной». В честь неё Наталью и назвали. Здесь была частная охрана, а не стрелки камер-егермейстера. Здесь, сколько себя помнила Натали, всегда царили спокойствие и уют. «Бабушкины пирожки», старые книги, игры в парке… лучшие дни детства. Здесь легко, даже сейчас. В дождь. После строительства Царьградского канала климат в Городе немного испортился, хотя, как ей казалось, эта зима была заметно теплее.
После сентябрьского мятежа, последовавших за этим волнений и смертей Империя успокаивалась. Жизнь в Единстве вроде уже вернулась в прежние берега. И, если не считать настороженности из-за болезни молодой императрицы, обстановка на Терре не вызывала беспокойства. Это позволило Натали с мужем менее чем через месяц после прибытия в Город из Питера вернуться на Луну. На похороны германского кайзера Фридриха IV полетел уже сам Александр Андреевич – Великий князь Лунный. Здесь он не мог послать наследника, в отличие от пришедшихся как раз на дни мятежа похорон бывшего тестя. Так что Наталья с супругом встретили Новый год и Рождество Христово на Луне. Там, пока Единство отходило от «Верной седмицы» и царственных смертей, пришлось много для снабжения и обороны потрудиться.
Работы там было много, но тесть, прибыв в конце января, буквально вытолкнул её с мужем в «нормальное тяготение». Сказал, что «пора думать о наследнике». И это верно, вон Мишка с Динкой первенца на днях ждут, хотя сами дети. Да и Эбигейл Шотландская после осенней шутки на её дне рождения не только «за ручку» Владимира-цесаревича держит. Быстро она всех там окрутила. Вовка-то понятно – юнец. Но, похоже, что и семьи не мешкая сговорились. А ведь вроде и не проявляла эта чертовка собственной инициативы. Но от её, Натальи, урожденной Арвадской, ума, а теперь ещё глаз и ушей не скрыться.
