Корпус корабля задрожал, отрываясь от стартового стола. Большой корабль. Но он такой маленький по сравнению с тем кораблём, который ждёт нас на орбите.
Перегрузки вдавили меня в ложемент…
Мы поползли вверх. Это с земли кажется, что корабль взлетает стремительно. Оно, конечно, так и есть, но изнутри это выглядит совсем иначе. Мы, словно тот ослик, груженный тяжеленными камнями, пытаемся сделать очередной шаг вверх. В небо.
Пошли секунды.
Десять. Двадцать.
Дикий рывок.
Летим куда-то вниз.
Отстреливаются парашюты.
Аварийная система спасения.
Океан.
Мы не видим ничего из кабины, кроме мельтешения. Пока нам ничего не сообщают. А что могут сообщить за секунды?
Мы падаем.
Новые парашюты.
Дина и Катя, простите меня за всё. Я вас люблю. Любил. Люблю…
Натяжение. Замедление.
Секунды. Пара минут провисания.
Тяжелый шлепок об воду.
Ложементы не подвели. Судя по ощущениям, я ничего себе не сломал. Судя по остальным, у них тоже всё обошлось.
– «Бродяга», есть ли телеметрия?
Самойлов откинул забрало шлема.
– Штатно. Что это было?
ЦУП пытался играть в надёжность.
– Аварийное срабатывание систем эвакуации экипажа. Бывает. Есть пострадавшие?
– Вроде, что и нет. Тряхнуло, правда, хорошо.
– Штатно тряхнуло. Отклонений не отмечено. За вами вылетели экипажи Космического Спасения. Скоростные корабли выходят в район вашего приводнения. На берегу развёрнуты соответствующие службы.
Уверенный голос генерала Анастасии Кругловой явно нас успокаивал. Даже боюсь представить, что там сейчас творится в ЦУПе.
– Экипаж, ваши родственники хотят сказать вам по паре слов. Успокойте их. Первой у нас тут на очереди Светлейшая княгиня Лунная Диана Александровна.
Ну, будем считать, что «так получилось».
Крик:
– Миша, слышишь меня??!
Успокаивающе:
– Да, моё счастье. Всё хорошо. Мы приводнились. Ждём спасателей. Не волнуйся. Скоро увидимся. Как Катя?
– Катя хорошо. Она пока не понимает, что означала эта яркая вспышка в небе. И я не понимаю.
Она сдерживалась, но было ясно.
Я Дину понимал. Космический корабль с любимым мужем и отцом твоих детей взрывается через пару десятков секунд после взлёта. И не поймешь, сработала ли система эвакуации, и выжил ли там вообще хоть кто-нибудь. Случалось в истории всякое. Это космос.
– Ладно, Миш, у меня тут забирают микрофон. Всем надо. Все хотят. Люблю тебя. Любим. Ждём.
– И я вас.
Терра Единства. Ромея. Константинополь. Дворец Единства. 24 октября 2017 года
Мы гуляли по дворцовому парку. Императрица пока опиралась на трость, но уже была вполне в тонусе.
– Маш, вот скажи, что это было? Мне не понравилось.
Она покачала головой.
– Если ты на что-то намекаешь, то я бы предпочла угробить тебя после победного завершения миссии. Смерть на старте политически глупа и нецелесообразна.
– Поди знай. Есть народная мудрость – третий лишний.
– Глупость. Я вообще не понимаю, почему я должна оправдываться? Угробить прекрасный высокородный экипаж. Во имя чего?
– Ты, конечно, государыня императрица, но ты одна из Трёх. Может, я оказался лишним? Лист, как известно, прячут в лесу, а труп на поле боя. Я напрягся, а уж как напряглись Ухтомские, я даже передать не могу. Зачем тебе это?
– Это просто дикое стечение обстоятельств. Старина Фрейд говорил, что бывают сны. Просто сны. И мне не нравятся подобные разговоры, учти это.
– Так устрой мне автомобильную катастрофу, зачем гробить экипаж? Мы чудом спаслись. А ведь корабль был проверен-перепроверен. Это не рейсовик на «Икар». Эпохальная миссия. А тут такое. Не убивай других, прошу тебя. Они ни при чём к Тайне.
– Миша, хватит. Не утомляй меня. Это была случайность. Хотела бы я тебя убить, нашла бы другой способ. НО ПОТОМ. Тебе бы поставили величественный памятник. Уж поверь. Я бы не поскупилась на державные похороны и восхваления твоего подвига.
Намёк был ясен.
– Ну, допустим. В памятник и державные похороны охотно верю. А что показало расследование?
Раздражённо:
– А что может показать расследование через два дня после происшествия? Они несколько месяцев будут разбираться. Где-то какой-то уплотнитель подвёл. Корабли, знаешь ли, иногда имеют свойство взрываться. Причины могут быть разные. Сам знаешь. Но виновные ответят. Мы найдём. Обещаю.
– Крайних?
– Ну, может, и крайних. Народу властям в кого-то нужно ткнуть пальцем. Сотни миллионов смотрели взлёт и катастрофу в прямом эфире, так что… Большое шумное расследование необходимо. Но и реальную причину найдём тоже. Не всем элитам понравится. В общем, разберёмся.
Киваю.
– Сестра моя, государыня моя, извини, если что не так. Помни, что я верен тебе. Кто бы тебе что про меня ни говорил – я верен. И власть мне не нужна. Никогда её не хотел и сейчас не хочу. Не губи людей.
Царственная усмешка:
– Но ты же обиделся, когда Николай не дал тебе титула «Цесаревич», назвав просто Наследником?
Вновь киваю.
