…Всё произошло так быстро, что «белые стражи» ещё какое-то время тупо таращились на то место, где мгновение назад стоял их командир. Всё, что они успели заметить это две белёсые длинные лапы, обхватившие шахского племянника за бока и отшвырнувшие его в темноту. С криками ярости и призывами к Аллуиту, воины повыхватывали оружие, ещё одно мгновение ожидая нападения неведомого чудовища, которого не последовало и только потом осознание случившегося дошло до них.
Факелы в руках воинов заметались, выискивая подземное чудовище или тело их командира. Каверна была пуста.
— Агыз ас'Саир?!! — Один из «стражей» подлетел к тому месту, где чадил в темноте выпавший из рук Митра факел. — Отзовитесь!
* * * *
Воинственное искаженное «Ал-лу-ула!!!» эхом заметалось под сводами подземелья, многократно отражаясь от стен. Отзвуки этого клича достигли и длинных ушей эльфов, пытающихся раскрыть секреты двери.
— Что это?! — Встревожено вскинулся Бальфур.
— Кажется, это орут наши «друзья» люди… — разглядывая свой магический жезл, с лёгкой усмешкой отозвался ан-лорд Каэльдар. — Похоже, чего-то нашли.
— Да, только это их не сильно обрадовало… — Прислушиваясь, докончил Феранор, совсем не разделявший юмора сородича.
В следующую секунду он уже сорвался с места, выхватывая на бегу меч. Просто так атраванцы орать не будут (он ещё не знал, что у некоторых набожных бохмичей принято по каждому поводу поминать Аллуита), если уж дерут горло — значит что-то серьёзное. Интуиция его не подвела. На перекрёстке он увидел «белого стража», бешено жестикулирующего прибежавшим первому капитану. По эльфийски бохмич не говорил, а из его жестов капитан понял лишь только, что в тоннеле случилось нечто серьёзное.
— Бальф… — Феранор обернулся, увидел, что рядом никого нет и грязно выругался на нерасторопность сородичей.
Те прибежали немногим позже, как раз чтобы увидеть, как капитан, скрывается в вязкой темноте норы сшенн-танта, унося с собой единственный источник света на перекрёстке — вырванный из щели в стене факел. Следом за ним нырнул в темноту поднявший тревогу бедин.
— Куда они?! — Раздался в наступающей темноте взволнованный голос молодого «дракона».
— Лиррэ! — Гаркнул Каэльдар, встряхивая над головой своим жезлом.
Оголовок магического инструмента засветился крошечным белым сиянием, который быстро разгорелся, озаряя в радиусе десяти шагов пространство вокруг эльфа холодным белым светом волшебного «светлячка». В освещённый круг, бряцая на бегу оружием и нещадно ругаясь, влетело полдесятка шахских воинов, бежавших от самого начала тоннеля. Не тратя времени на объяснения случившегося (тем более он и сам мало чего понимал), «единорог» бросился в нору, в которой пропал Феранор.
* * * *
Удар о камень, сбивший с головы Митрасира шлем, как ни странно, помог скорее прийти в себя. Темнота подземелья не позволяла ему разглядеть ни того, где он находится, ни кто его похититель, он просто понял, что он всё ещё в когтях чудовища и, что его куда-то несут, с шуршанием перебирая ногами. До ушей долетали встревоженные голоса его воинов, топот, лязг оружия и выкрики эльфов. В спину и в грудь упирались две пары острых клыков, стискивая Митра так, что он мог с трудов вздохнуть, ноги болтались в воздухе не доставая пола. В своей правой руке Митр ощущал знакомую тяжесть сабли, повисшей на приделанном к рукояти кожаном ремешке. Стоит сделать одно лёгкое движение кистью и пальцы сами сомкнуться на шероховатой рукояти его клинка, но только что от этого толку?! Правая рука была плотно прижата к торсу пастью чудовища, делая саблю полностью бесполезной. Зато левая рука была абсолютно свободной — Митр легко мог дотянуться ею до длинного кинжала на своём поясе, что он немедленно и сделал.
Стиснув изогнутую рукоять кинжала, агыз принялся наугад наносить удары по чудовищу, надеясь попасть во что-нибудь важное. Более точно из своего неудобного положения (и к тому же в слепую) бить он не мог. Клинок несколько раз с глухим звоном отскакивал от шкуры монстра, потом, он скользнул в сторону и с хрюпом вонзился во что-то мягкое. Тварь зашипела, разжимая челюсти и роняя ас'Саира на жесткий пол, отозвавшийся при падении железным звоном. Митр перекатился через плечо, вскочил на ноги так быстро, как привык вскакивать после падения с мчащейся лошади, перехватывая болтающуюся на ремешке саблю и нацеливая её в темноту перед собой.
— Ну, давай! — с яростным рычанием выкрикнул он в непроглядную темноту и огласил её неистовым боевым кличем бохмичей. — Аллула!!!
