Большая часть укрытий – Федеральной службе Безопасности были отлично известны. В отличие от до сих пор оставшегося романтиком джихада иорданского араба Хаттаба – Басаев почти никогда не скрывался в лесах, он всегда жил в домах. Проблема в том, что это были дома уважаемых людей, часто охраняемая даже не боевиками из полулегальных местных охранных контор – а кадровыми сотрудниками местной милиции и даже Федеральной службы безопасности. Россия – несмотря на то, что показала силу в Чечне – не могла позволить себе расползания конфликта за пределы Чечни и вспышки сепаратизма по всему Северному Кавказу: было понятно, что международное сообщество моментально воспользуется ситуацией, потребует международного расследования, а то и ввода международных миротворческих сил. С местными элитами было заключено соглашение: где гласное, где негласное: никакого сепаратизма в обмен на лояльность. Составной частью этого соглашение было общее понимание того, что ни в коем случае местные элиты не должны терять лица. Если, к примеру, у них в доме гость – ни в коем случае нельзя окружать населенный пункт, начинать жесткую зачистку… в той же Ингушетии было и оружия полно и чеченцев хватало, можно было получить еще одну войну вдобавок к чеченской. Рискнуть можно было – но лишь при стопроцентной гарантии успеха, либо если Басаев находится в дороге, то есть вне дома. Но, увы… когда поступала информация, было уже поздно…
