– Нет, Стю. Немного не так. Какие бы приказы не отдавали – существует добро и существует зло. Надо выбирать, на какой ты стороне. Я ушел после Ливии не потому, что мне надоело или я устал. И не потому, что на гражданке платят втрое больше, а потому что я понял, какое дерьмо мы творим. В Афганистане мы убиваем муджиков, а в Ливии, Сирии, Алжире, Египте – делаем все, чтобы они пришли к власти. Это не идиотизм, это намного хуже. Поэтому – я не хотел во всем в этом участвовать и хотел сам выбирать то, за что воюю, безо всех, мать твою приказов. А этот ублюдок – он еще хуже, потому что он не просто встал на сторону зла. Для него – чем хуже, тем лучше, мать твою. Этот парень научился извлекать деньги из беды и страданий других людей. В Афганистане он торговал героином – ты думаешь, это ему приказали торговать героином или он сам до этого додумался? Здесь – он, с. а, моментально сообразил, что к чему и предложил мне устроить посредническую фирму с пиратами. Судовладельцы регулярно платят дань, а пираты держатся от их кораблей подальше. Ему никто не отдает приказы, он соображает самостоятельно, что к чему. И делает зло. Этот ублюдок – хуже всякого аш-Шабаба, намного хуже Аль-Каиды. Без таких как он – и аш-Шабаба и Аль-Каиды просто не было бы.
Капитан Уилкинсон тяжело вздохнул. Много лет назад, на учениях по выживанию НАТО – темнокожий парнишка из морской пехоты США спас ему жизнь. С тех пор – он поклялся отдать когда-нибудь долг.
– Сэр, этот парень все же один из нас. И он знает здесь все – местность, пути отхода. Просто глупо его бросать.
Майор покачал головой
– Джек, что скажешь?
Бывший морской пехотинец показал головой
– Сэр, я просто хочу убраться отсюда как можно быстрее. И что-то мне подсказывает, что с этим ублюдком мы сможем сделать это быстрее и вернее. Тут ничего личного, сэр, если он вас так достал – просто пристрелите его, когда мы выберемся из этой задницы и все.
Майор тяжело вздохнул
– Дело ваше, парни…
Переключив передачу, он резко поехал назад и ехал, пока не увидел фигуру в пыли – ЦРУшник звонил по телефону.
Хогарт остановил машину рядом с ним
– Садись.
ЦРУшник пожал плечами, мол, дело ваше. Сел на заднее сидение.
– Начинаем немного соображать, да?
Сидевший рядом с ним Джек чувствительно ткнул его в бок
– Ладно, ладно…
– Заткнись, Том – мрачно посоветовал майор – не буди во мне зверя.
– Как знаете. Дело ваше. Телефон почему-то не работает. Кстати, я знаю, где неподалеку отсюда дожидается С-130 из Джибути. Мы должны были привезти Шакура и с ним уносить ноги. Но в принципе там не будут задавать лишних вопросов. Так что? Я все еще должен молчать?
Майор глубоко вдохнул, досчитал до пяти и выдохнул
– Они, наверняка уже улетели.
– Навряд ли. Я все-таки начальник станции, в Могадишо всякое могло случиться. Но если и так – что мы, собственно теряем, если заедем и посмотрим, а?
– Хорошо. Показывай дорогу…
С130 – серый, без опознавательных знаков – стоял примерно в семидесяти километрах от Могадишо, стоял на импровизированной посадочной площадке, на пляже, представлявшем собой смесь песка, глины и морской соли, слежавшуюся здесь и превратившуюся в полосу, способную выдержать Геркулес. Отсюда был виден океан. Хвостовая аппарель была закрыта, самолет готовился взлететь – но не взлетел…
Они свернули к самолету – и тут же пулеметная очередь вздыбила гейзеры перед самым капотом…
– Твою мать!
– Стой!
– Парни, я должен выйти и подать сигнал. Следующая очередь будет на поражение – сказал Маркович
– Давай… – сказал майор – сделай это.
ЦРУшник вышел, хромая, чуть отошел от машины, сделал несколько жестов руками. Непонятно было, то ли он подает сигнал «я свой», то ли «в машине враги», огонь.
Из-за чахлого куста у самого берега, который корка соли превратила в нечто среднее между сосулькой и абстрактной скульптурой – поднялись двое. У одного был пулемет М240G с новым складным прикладом и шестикратным оптическим прицелом ACOG, у другого – штурмовой карабин М4 с подствольником. Лица были закутаны арабскими цветастыми платками, оружие смотрело точно на машину. Скорее всего, спасательная команда морской пехоты TRAP с базы в Джибути.
– Свои! Свои, парни, свои! – крикнул ЦРУшник – это мы!
– Идентификация, сэр!? – крикнул в ответ один из морпехов
– Точка воспламенения!
Оружие опустилось
– Надо срочно уходить, сэр! Прошу за мной!
Когда в каждой из машин, стоящих рядком на песке ослепительно белым вспыхнули термитные шашки – Геркулес уже разгонялся по песку…
Морские пехотинцы сняли платки, которыми прикрывали лица. Все они были очень молоды – командиру группы было двадцать семь лет, а пулеметчику, которого оставили прикрывать самолет – двадцать один год.
– Сэр, вы из Могадишо? – прокричал в ухо ЦРУшнику сидевший рядом с ним морской пехотинец – какого черта там произошло, сэр?
– Я и сам не знаю, парень. Но ничего хорошего! Большой бум там произошел! Прямо на моих глазах.
– Тогда с вашего позволения я немного отсяду, сэр!
– От этого нигде не спасешься, парень. Нахватался, так нахватался…
