Я кивнул и постарался дотянуться до жучка. После чего, нащупав его, замер с пальцем на нужной точке. Семён Андреич покачал головой, набрал в шприц какой-то жидкости и вколол мне в спину, рядом с местом будущего разреза. А Константин, подойдя ближе, показал мне знаками, чтобы лежал тихо — и я приготовился терпеть.
Больно, как ни удивительно, не было. Операцию Семён Андреич провёл ювелирно: надрезал кожу в нужном месте, добрался до жучка и, вытащив его, положил в пакетик. Затем проворно стянул края разреза и, обработав антисептиком, покрыл медицинским клеем — даже получше того, что взял я.
Дальше перебрался к задней части шеи, где сделал ещё один маленький надрез, вытащив второго жучка…
Выглядели оба устройства как-то нетехнологично. Маленькие кристаллики, соединённые проволокой, а в шее — ещё один кристаллик, даже меньше первых.
На всё про всё ушло минут десять, а затем Семён Андреич и Костя удалились так же тихо и беззвучно, как пришли.
А когда я уже надел рубашку, снова появились, громко разговаривая.
— Всё в порядке, ваше благородие! Просто разболталось, я всё подтянул…
— Сколько я вам должен, Семён Андреич? — это уже Константин.
— Да полно… Сочтёмся! — отмахнулся механик, подмигнув и протянув мне пакет с жучками. — Можете ехать…
— Спасибо! — от души поблагодарил я.
— Спасибо, Семён Андреевич! Благодарим вас! — присоединились ко мне Константин с Марией.
Покинув эту удивительную ремонтную мастерскую, мы ещё попетляли по городу, пока мне не показали, где можно выкинуть жучки в окно. Что я с удовольствием и сделал, вздохнув, наконец, свободно.
— Ну Клим! Ну козлина! — не удержалась Мария Михайловна.
— Честно говоря, не питаю к нему тёплых чувств, но должен сказать, что он сам намекнул на жучок! — заметил я.
— Он тебе полицейское устройство спалил, которое из двух частей, а на тебе ещё три было! — мрачно заметила Мария Михайловна. — Только без физического носителя. Одно от Тайного Приказа. Одно от Тёмного Приказа. И третье от него самого.
— Популярность у тебя, Федя, зашкаливает! — хохотнул Костя.
— А всё Василиса, засранка! — буркнула Мария Михайловна.
— Думаешь, она специально? — удивился Константин.
— А что произошло-то? — поинтересовался я.
— Да осведомители из газеты накинулись на её папашу, который у нас в городе штаны просиживает! — недовольно поморщилась Мария Михайловна. — За охрану границ в княжестве ведь он отвечает. Папаша к прессе не вышел, зато появилась Вася! И выкрутила всё на тему того, что, мол, какой же ужас я испытала, и не знаю, что там мой отец, а вот меня и ещё несколько учеников спас Седов Фёдор. И теперь, мол, этот героический герой лежит в лекарне училища… Ар-р-р-р! Убила бы!
— А этим, в свою очередь, воспользовались мои коллеги и Тайный Приказ. В итоге, не без их участия в «Ишимском вестнике» выпустили заметку о том, как мучают героев-двусердых, не принимая помощь частных клиник… — Костя тяжело вздохнул. — Пришлось Марии дать согласие на твой перевод в частную клинику. Хорошо, что Прозоров к тебе никого не пустил…
— Вообще-то пустил, — признался я. — Когда я очнулся, был в браслетах и с ошейником.
— Урод! Скотина! Убила бы! — зашипела Мария Михайловна, аж подпрыгивая на сиденье от злости.
— Подожди, а как ты тогда? — удивился Костя, скосив на меня взгляд.
— Да просто ко мне сегодня пришёл Иванов Иван Иванович… — пояснил я, сделав паузу, чтобы дать время на выводы.
Костя резко остановил машину, подрулив к бордюру, а затем вместе с Марией Михайловной уставился на меня.
— Мы с ним поговорили. Я ему рассказал, как так случилось, что я во всю эту кучу историй влип, — пояснил я. — Заодно уточнил, не перешёл ли я черту. Он сказал, что нет, снял с меня браслеты и ушёл.
— Ещё что-то говорил? — напряжённо уточнил Костя.
— Сказал, что задержится тут… Для исправления, так сказать, нездоровой атмосферы, — кивнул я.
— Ну да… Только столичных гостей нам не хватало! — закатив глаза, вздохнул Константин.
— Может, и не хватало, — пожала плечами Мария Михайловна. — У меня двое ребят третьего года обучения погибли. И одна девчонка со второго. Ещё пятеро по лекарням лежат. Хорошо хоть, что Фёдор и Михаил из отпусков вернулись…
Проректор резко обернулась, посмотрела на меня и объяснила:
— Фёдор Станиславович Тихомиров — ваш преподаватель по атакующим плетениям. А Михаил Арсеньевич Скворцов — преподаватель по защитным плетениям. Понял?
— Понял! — кивнул я. — А что вообще было-то?
— Да ничего толком не было, Федь, — пояснил Костя. — Ночью налетела туча Тьмы, в город проникли отродья. Вылезло сразу четыре тёмных куколки. Одна попыталась штурмом взять здание Тёмного Приказа. Понятное дело, не вышло. Другая устроила резню в полевом госпитале. Третья попыталась захватить вокзал, а четвёртая — ваше училище. И застряла у общаги, пока отродья лезли в административный корпус.
— Целью была Мария Михайловна? — догадался я.
— Была, пока куколка тебя не повстречала. А потом целью вдруг стал ты! — отрезала госпожа проректор. — И я очень хочу узнать, что у вас там произошло. От тебя лично!
