На лестнице послышался топот, и спустя несколько секунд снизу показался Семён Иванович с бдительным видом и своей двустволкой. Я потушил фонарик, чтобы не слепить ему глаза, но это не помешало смотрителю разглядеть меня в темноте коридора:
— Фёдор? Что тут…
— Не двигайтесь! — попросил я его. — Иначе затопчете кровь… Вон, на полу!
— Ну-ка подсвети!.. — попросил Семён Иванович.
Несколько секунд мы вместе с ним рассматривали кровавые следы, а потом, не сговариваясь, осторожно двинулись к комнате, куда они вели. Дверь оказалась незаперта. Внутри всё было так же, как и везде: кровать, шкаф, стол, стулья…
И лишь открытое окно и кровь на подоконнике намекали, что мы пришли по адресу.
— Да что же такое-то!.. — возмутился Семён Иванович.
— Может, опять к Авелине? — пожал плечами я.
— А может, и ещё что похуже… — выглянув в окно, мрачно заметил смотритель.
Я тоже посмотрел. И мне сразу стало ясно, как именно неизвестный проник в общежитие — по пожарной лестнице. Окно было деревянным, рама рассохлась, и вскрыл он его достаточно легко. А вот затем, когда неизвестный вышел в коридор, его едва не разодрали на мелкие лохмотья…
И я даже знал, кто это был. Тёма, само собой. Вопрос был в другом… А не порвал ли, случаем, он кого-то, кто не замышлял ничего плохого? Какого-нибудь тайного поклонника одной из учениц, например?
— Надо кровь в какую-нибудь баночку собрать, пусть у лекаря полежит… — опомнился Семён Иванович. — Вдруг пригодится…
— Угу, — кивнул я.
— А ты, Фёдор, иди спать. Я тут всё устрою! — смотритель прогнал меня в комнату.
Но я всё равно долго не мог уснуть, прислушиваясь к тому, что происходило за дверью.
На следующий день в коридоре никаких следов проникновения уже не было. Я отправился на утреннюю пробежку, а затем — на учёбу. Другие ученики Васильков пока ещё отдыхали, а заодно готовились к празднованию нового Нового Года.
Всё дело в том, что в этом мире, как и в мире Андрея, существовал старый и новый Новый год. Старый Новый год с давних пор праздновали первого марта, и тогда он ещё не был старым. Но затем кому-то из царей пришла в голову мысль, что праздновать надо перед тем, как начинается сбор урожая. Чтобы, так сказать, подвести итоги.
И праздник перенесли на первое сентября.
С первого же сентября начинался новый учебный год в гимназиях, пандидактионах и училищах. С первого сентября велась новая отчётность. И пусть оба Новых года были не самыми популярными праздниками — во всяком случае, не настолько, как Рождество с ёлкой, игрушками и подарками — однако на каждый из них выделялось целых три выходных.
И этот день был предпраздничный, так что подготовка шла вовсю. Но мне-то ещё нужно было пообщаться со стряпчим, так что я еле-еле досидел до конца занятий. И в этот день даже не пошёл, как обычно, дальше учиться к себе в комнату.
Снова вызвав бричку, я поспешил по выданному вчера у Попросного адресу. И очень скоро снова оказался в центре города. Правда, не в том новомодном углу, где высились небоскрёбы, а там, где сохранилось ещё очень много старых зданий.
Были тут и терема, заставшие ещё восемнадцатый век, и столетней давности дома в греческом стиле, и даже стилизация под европейские особняки, которые, к слову, были новостройками — самыми молодыми здесь. Всё же, когда на Русь пришла на них мода, здесь хватало и своих архитектурных течений.
Вот в один из таких стилизованных домиков и лежал мой путь. Заходя внутрь, я обратил внимание на то, что рабочие крепят рядом с дверью табличку с именем стряпчего.
Внутри меня встретил молодой человек, который вежливо поинтересовался:
— Вы записаны?
— Да… На четыре двадцать, — кивнул я.
— От Попросного Ж. А., верно? — догадался тот.
— Да.
— Проходите, начальник вас ждёт, — он проводил меня через короткий коридор к двери кабинета, постучал, заглянул сам, а затем посторонился, пропуская внутрь.
Я вошёл и на миг остановился на пороге, привыкая к яркому свету, бьющему из окна.
И за это короткое мгновение стряпчий успел меня разглядеть и узнать:
— Фёдор? — спросил он с лёгким прононсом. — Не ожидал, что будете вы… Хотя меня предупредили, что придёт некий знакомец!
— Пьер? — уже не удивился я. — И я рад вас видеть.
— И я вас, — искренне ответил стряпчий. — Садитесь… Как я понял, у вас есть какой-то вопрос, который требует ответов… И этот вопрос, он как бы не совсем законный, да?
— Скажем так, сам вопрос ещё очень даже законный! — улыбнулся я, усаживаясь на стул. — Впрочем, давайте по порядку! Я хотел был начать одно дело…
На то, чтобы изложить проблему во всех деталях, ушло минут двадцать. Пьер слушал внимательно, кивал, задавал уточняющие вопросы…
Когда я закончил, он задумчиво потёр переносицу и немного помолчал.
— То, что вы задумали… — наконец, проговорил стряпчий. — Это не есть незаконно…
— Я и не говорил, что это незаконно, — согласился я. — Это просто на самой грани закона. Но я уверен, что людям, которые будут сопровождать заказчика, придётся вступать в драки и…
