Тьма. Том 6 полностью

— А кристаллические накопители уже в двадцатом столетии изобрели, разве нет?

Я поднял на неё взгляд, отвлекшись от записей. Сначала не понял, о чём она вообще говорит. А потом заметил на её ладошке тот самый чёрный кристалл.

— Посмотри теневым зрением… — почему-то шёпотом посоветовала мне жена.

И я посмотрел.

Кристалл был под завязку напитан тенькой.

А затем перевёл взгляд на дневники, чувствуя, как меня всего слегка потряхивает.

Эту шкатулку я достал из того самого третьего сундука. Видимо, кристалл имел отношение к исследованиям, записи о которых сейчас лежали у меня в руках.

И если я всё верно понимаю, мучительная гибель Лампы была не такой уж мучительной. Можно сказать, купец-контрабандист ещё легко отделался.

За технологию кристаллов-накопителей он мог страдать гораздо, гораздо дольше…

*Для тех, кому интересно: впервые в нашем мире использовать графики алгебраических уравнений предложил Рене Декарт в своей работе «Геометрия» в 1637 году

Познавательная статья на странице магазина кристаллов-накопителей

…Кристаллы-накопители появились в продаже в двадцатом веке, ещё в двадцатых годах. Секретом их создания как тогда, так и сейчас, владела исключительно Ромейская империя. А все попытки других держав разгадать этот секрет обернулись крахом. С 1923 по 1935 годы развернулась настоящая война разведчиков. Она унесла многие сотни жизней, но не принесла успеха.

Единственное, что удалось выяснить: ромеи создают накопители благодаря сложному артефакту, который производит их по несколько тысяч в день.

Что является сырьём для производства? Откуда взялся артефакт?

Ответы на эти вопросы остались тайной. В итоге, решено было считать, что грекам достался нерукотворный артефакт.

Однако в 1973 году саксы распространили новость, что артефакт греков всё же был сделан людьми — и даже постоянно совершенствуется. Впрочем, это и так было ясно: простенькие кристаллики, которые появились в 20-х годах двадцатого века, вскоре сменились на более вместительные накопители.

Как бы то ни было, новой войны разведок не последовало. Тайна создания кристаллов так и осталась за Ромейской империей…

— Всё, нам конец! — сделала вывод Авелина, откидываясь на спинку стула.

Мы с ней сидели в своих покоях в особняке, переводя найденный научный труд. Точнее, Авелина переводила, а я пытался адаптировать перевод к современному русскому. За вечер и утро осилили лишь пару тетрадей, а из всего, что осилили — поняли, дай Бог, четверть.

И даже этого хватило, чтобы осознать, что оказалось у нас в руках.

— Поживём ещё! — я подмигнул жене, которая чересчур уж, на мой взгляд, приуныла. — Пока никто не знает, убивать нас не придут. А если разберёмся с этими записями…

— Тогда-то нас и убьют! — со вздохом подытожила Авелина. — И государева защита не поможет. Растерзают, прямо как мой род.

— Могут попробовать, — согласился я. — А мы разве будем покорно ждать?

— А ты что предлагаешь? — уточнила жена.

— Собирать дружину, — ответил я. — Всё равно хотели этим заняться. И чем больше дружина, тем лучше.

— Это огромные деньги, Федь! — Авелина грустно покачала головой.

— Эти ещё больше!.. — я постучал по одному из журналов.

— И что? Помогло это Нэ Хай-Шену и Чжай Чжи-гану? — Авелина подняла на меня грустные глаза.

— Этим двоим бедолагам — нет. А вот грекам, укравшим их разработки — очень даже! — заметил я. — Как думаешь, сколько они золота гребут за продажу накопителей по всему миру?

— Мы не Ромейская империя… — откладывая записи в сторону, возразила жена. — Мы больше похожи на этих двух учёных из Чжунго… Едва что-нибудь станет известно, нас уничтожат. И никакой Бубен с государём не успеют на помощь прийти. Можешь говорить что угодно, Федь… Но я бы лучше всё это сожгла. И забыла, как страшный сон.