Следующим выстрелом убийца пробил мою защиту. И если бы я не двигался так быстро в своём замедленном времени, оказался бы уже мёртв.
А в итоге, на пути снаряда вместо моего сердца оказалась рука. В разные стороны от неё брызнули ошмётки одежды и частые, как морось, капли крови. А вот боль не успела на меня обрушиться. Пока я даже нормально двигался, но понимал: следующий выстрел станет последним.
К тому же, кровь из руки хлестала так, что впору бы задуматься о срочной перевязке, а не о беготне и колдовстве. Но я всё же рванул прочь, в сторону самосвала, перегородившего дорогу нашему автобусу. Из-под него уже выныривала моя охрана. А в кабине шла потасовка — вязали вражеского водителя.
Я ждал ещё одного попадания, но не дождался. Последняя выпущенная стрелком пуля ушла намного выше. И я догадывался, почему.
Так обычно бывает, когда тебе на спину приземляется десять пушистых и когтистых килограммов. А затем, не теряя времени, вспарывает одежду, чтобы располосовать кожу на ленточки.
И тут время вернулось к нормальному течению, словно выпихнув меня из кисельного потока. То ли от неожиданности, то ли от кровопотери я сразу же поскользнулся на льду, покрывавшем тракт под снегом. Слабость наваливалась неумолимо. Уже падая, я успел заметить, что с моей левой рукой что-то конкретно не так: больно свободно она двигалась в рукаве…
Да и не чувствовал я её толком. Как бы с концами не оторвало…
А потом я упал и больше не смог подняться. Хотя и пытался, на чистом адреналине и упрямстве. Однако нет. Судя по широкому красному следу, кровь из меня прямо-таки хлестала, а её, как известно, в человеке не то чтобы много. И если вовремя не остановить, можно невзначай и умереть.
С трудом повернув голову набок, я увидел поднимающую с земли Авелину, которая искала меня безумным испуганным взглядом… Затем — выскакивающих из «тигрёнка» Кислого и Пашу с бледными, как смерть, лицами… Кто-то, кого я не видел, подбежал с другой стороны и начал перетягивать мою руку жгутом. Но у меня не было сил повернуть голову и посмотреть, кто это такой молодец и старается…
А потом вдруг серое небо, навалившееся сверху, стало таким тяжёлым, что я всего на секунду прикрыл глаза…
И погрузился в чёрную тьму.
