— Конечно, нет! — почти без запинки соврал я.
Так, как умею это делать я, здесь мало кто умеет. Поэтому допрос мне вновь придётся проводить лично. И я был уверен, что расскажут мне бандиты всё, совсем всё… Но этого я, конечно, Теневольскому не сказал. Он всё же руководит газетным издательством. А значит, может, не удержавшись, написать заметку. Ну а мне такая слава была ни к чему.
— Однако присутствовать мне придётся… — добавил я, чтобы как-то оправдать своё будущее отсутствие.
Это объяснение Теневольского удовлетворило, и больше он вопросов не задавал. А когда мы вернулись в особняк, Авелина увела на второй этаж и его, и испуганную осведомительницу.
Я же отправился на допрос, решив не откладывать это малоприятное дело. Когда приедут следователи, явно будет неподходящий момент.
<p>Глава 2</p>Сетевая волна «100», передача «Утро добрым не бывает»
— Доброе утро, сонное-сонное царство!
— Хотя такое морозное утро точно не может быть д-д-д-д-добрым!
— И это опять мы на волнах нашего несравненного сетевого радио «Сто». Или даже «Минус сто». С вами Александр Пискарёв!
— И несравненная… Я, Анна Лоскутова! Вместе с Сашей мы попытаемся сделать утро добрее! И теплее!
— А вещаем мы прямиком из Серых земель, где зима, снег и солнце! Самое время прокатиться на лыжах!
— Только солнышко нас почему-то не греет. Саша!
— Да?
— Саша!
— Что, Ань⁈
— Ты новую шутку читал?
— Где я её должен был прочесть?
— Как где? В предсказаниях погоды в Ишиме на завтра!
— Вроде бы погодники занимаются расчётами, а не предсказаниями, Ань…
— Да-а-а-а? Слушай, а почему они тогда написали, что сегодня в княжестве была самая холодная ночь?
— А она была самая холодная?..
— Ой, всего-то минус пятьдесят, а дальше, как они предсказали, будет теплее!
[На заднем плане раздаётся дружный злодейский хохот]
— В самом деле, смешная шутка… Жаль, вряд ли кто-то в Ишиме её поймёт. Во всяком случае, до завтра-послезавтра.
— Боже! Саша, ты плачешь!
— Это не то, о чём ты подумала.
— Я думаю о стойком северном ветре, что дует в сторону Ишима. И о том, что сегодня буду ночевать в убежище, потому что трубы отопления, идущие к моему дому, этой ночью со мной попрощались.
— Минус сто, судари и сударыни! Минус сто идут к вам с лёгким северным ветром! Те самые минус сто, что я видел сегодня на термометре, когда проснулся ночью, замёрзнув под тремя одеялами.
— Да-да! Дорогие наши слушатели! Невероятная температура воздуха, отмеченная сто лет назад…
— Минус девяносто восемь!
— Эта отметка побита! Так и есть! Минус сто!
— Пока я шёл на работу, думал, всё себе отморожу… А мне пройти-то надо двести метров!
— А… Вот чего ты плакал… Саша!..
— Что?
— Саша!..
— Нет, всё не так плохо…
— На волнах нашего сетевого радио «Сто»! Для Саши! Звучит! Легендарная песня! Легендарной ватаги «Скоморохи Сибири»! Песня, которую не услышать на Руси, а только у нас, в Серых землях: «Милая, прости, но я совсем всё отморозил…».
