Перед мысленным взором Маршалла встала еще одна картина: серые глаза Бруммеля смотрели на него гипнотизирующе, и манящий голос вопрошал: "Маршалл, мы хотим знать, с нами ли ты?"
Страчан продолжал говорить. Маршалл очнулся и переспросил:
- О, простите, что вы сейчас сказали?
- Я сказал, что Тэду пришлось выбирать. Он всегда руководствовался прежде всего истиной и был беспристрастен ко всем, даже к своим друзьям, включая меня. С другой стороны, он принадлежал к группе Лангстрат, придерживался их философии и был прекрасно осведомлен об экспериментах. Я думаю, он считал, что истина неприкосновенна, что пресса всегда имеет право на свободу, и, находясь на распутье, начал печатать материалы об экономических проблемах. И явно перешел границы дозволенного в отношении членов правления.
- Да-да, припоминаю, - сказала Бернис, - Хармель говорил, что они пытались взять его под контроль и диктовать, что ему следует писать. Это его страшно разозлило.
- Естественно, когда дело касалось принципов, не важно, так называемых научных или метафизически-философских, которыми он так увлекался, Тэд в первую очередь оставался журналистом... - Страчан снова вздохнул, глядя в пол. - Так что, увы, он попал под перекрестный огонь в моей борьбе с университетским правлением. Вследствие чего мы оба потеряли свои посты, положение в обществе... Можно сказать, я был даже рад все бросить и уехать. С ними невозможно бороться.
Маршаллу такие речи пришлись не по вкусу.
- Неужели они так сильны? Страчан был очень серьезен:
- Я даже не представлял себе тогда, насколько вездесущи и могущественны они на самом деле, да и сейчас до конца не представляю. Я понятия не имею, какова конечная цель всех этих людей, но начинаю сознавать, что всякий, кто встанет у них на дороге, будет уничтожен. Сейчас, сидя перед вами и вспоминая недавнее прошлое, я прихожу в ужас при мысли о том, как много людей в Аштоне, не имеющих ни малейшего отношения к университету, исчезло в течение последнего года.
Маршалл вспомнил Джо, хозяина бакалейной лавки. А Эди? Что произошло с ней?
Страчан был бледен, и в голосе его звучала тревога:
- Что вы оба собираетесь делать со всей этой информацией?
- Не знаю, - честно признался Маршалл. - Я еще не знаю. До полной картины недостает многих деталей. Пока мне нечего печатать.
- Помните, что случилось с Тэдом? Задумывались вы над этим?
Но Маршалл и не собирался сейчас об этом думать. Он предпочел спросить о другом:
- Почему Тэд не захотел со мной разговаривать?
- Он боится.
- Боится чего?
- Их. Системы, которая его сломила. Он больше знает об их таинственных занятиях, чем я, и, уверен, его страх имеет основания. Уверен, что опасность очень велика. ,
- Но с вами-то он разговаривал?
- Конечно. Обо всем, кроме того, что вас сейчас интересует. '
- Вы продолжаете встречаться?
- Да, удим рыбу, охотимся, обедаем вместе. Он живет недалеко отсюда.
- Не можете ли вы ему позвонить?
- Позвонить и замолвить за вас словечко?
- Именно это я имею в виду.
- Я... я подумаю, но это и все, что я могу вам обещать.'
- Спасибо!
- Но... мистер Хоган... - Страчан подался вперед и взял Маршалла за руку. Посмотрев на обоих журналистов,он сказал очень спокойно: - Мне страшно за вас. Вы не неуязвимы. И никто из нас не одержал победы. Уверен, что человек может потерять все, если сделает хотя бы один неверный шаг. Обдумывайте свои поступки, я вас умоляю, обдумывайте свои поступки и каждую секунду ясно сознавайте, что вы делаете.
Том, ответственный редактор "Кларион", был занят размещением объявлений и версткой полос очередного номера, когда звякнул колокольчик входной двери. У Тома были более важные заботы, чем прием посетителей, но Хоган и Бернис уехали по своим таинственным делам, и кроме него в редакции никого не было. Как бы он хотел видеть Эди на ее обычном месте! Работать становилось с каждым днем все труднее. Хоган и Бернис в погоне за призраками совершенно забросили свои обязанности, и выполнять их было некому.
- Здесь есть кто-нибудь? - произнес приятный женский голос.
- Минуточку, я сейчас выйду! - закричал Том, вытирая руки влажной тряпкой.
По узкому проходу между столами он выбрался в приемную, где увидел у перегородки привлекательную,нарядно одетую молодую женщину. При виде его она улыбнулась. "Ой-ой-ой!" - подумал Том, сразу почувствовав себя помолодевшим.
- Привет, чем могу служить? - спросил он, все еще вытирая руки.
- Я прочла объявление, что вам нужна секретарша. Я пришла узнать, можете ли вы меня взять на работу. "Должно быть, это ангел", - подумал Том.
- Если вы справитесь, то, пожалуйста, для вас тут масса дел!
- Да, я готова начать хоть сейчас! - ответила женщина с радостной улыбкой.
Представлгясь, Том проверил, чисто ли вытерта его рука и протянул ее:
- Том Мак Бридж, ответственный редактор. Крепко пожав протянутую руку, женщина ответила:
- Кармен.
- Приятно познакомиться, Кармен?.. Она засмеялась своей забывчивости.
- О, Кармен Фразер. Я так привыкла представляться только по имени.
Том открыл маленькую дверцу в перегородке, приглашая Кармен следовать за собой.
