Очень мне не понравился Сирано у Юрия Петровича. По другим спектаклям этого театра (а был, естественно, и вынужденный проходняк) я знал, что его амплуа - первый любовник. Играл он и бравых офицеров, и передовиков производства. Олега Кошевого в "Молодой гвардии" играл и Моцарта в пушкинских "Маленьких трагедиях" (но это позже, тут на моё неприятие, видимо, наслоилось впечатление, о котором рассказываю подробно) и - ни в одной роли лично мне артист Ю. Любимов не запомнился. Не тронул.
В героической комедии Ростана играл он прежде всего страдальца - страдальца от ущербной внешности и от неразделенной любви, от вечного безденежья и безвременья. И ещё чёрт знает от чего. Поэт, герой, учёный - всё разнообразие романтически выписанной личности ушло на второй и на третий планы, скомкалось, скисло. Я готов был топать ногами - жаль было своего Сирано, ибо любимовский был явно не тот! Мне - тогдашнему -и в голову не приходило, что он - третий исполнитель роли! - не мог, не имел права играть её так, как Симонов или Астангов, что он обязан был искать свои краски, пусть с чьей-то точки зрения и не слишком удачные.
Но - введите поправку на мальчишеский максимализм...
Так, не успев познакомиться с актёром Любимовым, я с ним "раззнакомился". С этого вечера и на десять лет вперёд невзлюбил его, и эта нелюбовь длилась до того субботнего дня; зимой 1964 года, когда вместе со своими студийцами вышел он на поклоны после "Доброго человека из Сезуана". Было это в четверть четвертого часа дня 30 января 1964 года. Точную дату запомнил потому, что попал на "Доброго" лишь на дневной спектакль в собственный день рождения, в день, когда мне исполнялось 25 лет, а назавтра, в воскресенье, на вахтанговской сцене уже шёл обычный вахтанговский спектакль. Точность времени гарантируется пометкой на таганских уже программках "Доброго человека из Сезуана": продолжительность спектакля 3 часа 10 минут. Пять минут накинул на аплодисменты. Они прерывали спектакль, да и сейчас еще прерывают, не меньше десяти раз. Тогда, думаю, было больше...
В те времена проблемы билетов для меня не существовало. Не потому, что был куда-то вхож - просто умел мастерски "стрелять" лишние билетики. Приезжал к театру заранее, присматривал двух-трех дев-дурнушек: хотя бы у одной ни них в конечном счете лишний билетик оказывался. Ловились и два - в разных местах, разумеется, но младую мою супругу тогда это не слишком огорчало.
