Роль Жени Комельковой - красавицы Женьки, умницы и оторвы, играли Нина Шацкая и Таня Иваненко. У обеих - роскошные белые волосы и отличные фигурки. Но этим их общность и ограничивалась - и внешность разная, и характеры. У Тани Женька сексуальнее, стервознее, примитивнее. Лично мне ближе Женька Шацкой. Не оторва - сорви-голова! Гордая, отчаянная и беззащитная.
Ключевая для этой роли сцена, когда васковской команде не удалось спугнуть немцев шумной имитацией работы лесорубов. И тогда Женька женской своей красотой, наготой своей воинственной встревожит их и напугает. Вот идет она у всех па виду, завернутая лишь в полотенце. Идет, распевая "Катюшу" - вовсе не так, как обычно поют знаменитую эту песню. В интонациях - вызов! И эхом отзывается в зале её: "Эге-ге-гей, Иван, иди купаться!" И поплыла - полетели брызги из-за кулисы...
А потом - сцепа первой рукопашной, когда та же Женька, спасая Васкова, размозжит череп фашисту. Выворачивает её наизнанку, рвет. "Не смотри!" - кричит она Васкову, - и ты, зритель, вслед за ним отводишь глаза...
Не менее убедительна сцена гибели Женьки, нарвавшейся на шальную пулю: "Как глупо!.." И в последнем сё воспоминании - не полковник Лужин, не гулянка, не мотоцикл, а расстрелянная фашистами мать... Очень интересный, очень живой и достоверный характер сконструировала вместе с режиссёрами Нина Шацкая.
Лизу Бричкину играли Лена Корнилова и Маша Полицеймако. Здесь о примате не спорили, Машина Лиза была точнее, трагичнее и привлекательнее. Ключом к её характеру стали две фразы - чуть корявые, с "нелитературными" ударениями: "Я на кордоне жила... А я всё равно счастья ждала..."
С редкой достоверностью сыграна Машей Полицеймако влюблённость Лизы в Васкова, - откровенная, самоотверженная и монашески чистая - точно в типе, в характере героини. Недаром же реквиемом по Лизе звучит старинная песня о молоденьком послушнике, с рефреном:
О - ох, ох, как жаль,
Ох, как жаль, что я монах...
У Маши Полицеймако в театре было много ролей - почти всегда не главных. Но во всех без исключения работах она находила характер, личность. Актриса божьей милостью, человек высочайшей внутренней и театральной культуры, она была (и остается!) одним из лучших на Таганке мастеров перевоплощения. Её роли не похожи одна на другую, неповторяемы, но всё это - её и только её роли. Роль Лизы - девушки из захолустнейшего захолустья - лучшая в этом ряду. По глубине, по самоотдаче, хотя, кажется, не было ни одного спектакля, где Маша работала бы не в полную силу...
