Я бы никогда не смогла себе представить то, что произошло в этом парке. Из всех моих друзей Брук была самой рациональной.
Теперь она такая – ругается, зачинает драку и носит одежду своего покойного мужа.
Я уже упоминала, какой миниатюрной была Брук?
Она выглядела как бомж в его одежде, но если она от этого чувствовала себя лучше, то и вреда не будет, верно?
Вот где был вред. Она не чувствовала себя лучше. Если так пойдет дальше, она будет продолжать скатываться в депрессию. Я не хотела говорить ей идти дальше, потому что для меня, будь я на ее месте, это было бы последним из того, что я хотела услышать.
Я бы хотела двигаться в своем собственном темпе. Когда буду готова.
Любовь может заставить тебя делать сумасшедшие вещи. Она может заставить тебя держаться за что-то, когда ты должен отпустить. Она может заставить посмотреть на вещи, которых раньше ты не видел, и хорошие и плохие. Она может быть лекарством, но может быть и ядом.
– Я ненавижу, что люди идут дальше. Проклятие. Прошло две недели, и я чувствую, что думаю о нем все меньше и меньше с каждым днем, и это меня чертовски бесит. Я не хочу идти дальше. Я не хочу забыть.
Я понимала Брук, потому что если это был бы Джейс, моя реакция была такой же.
– Я знаю, милая, – моя рука нашла ее на столе. – Я все еще думаю о нем каждый день, – это было немного, но я думала, что должна дать ей знать, что хотя некоторые идут дальше, то я нет, и знала, что Джейс тоже. Амелия все еще говорила так, будто Логан был в отпуске или еще что-то, и Брук, было ясно, что она тоже. Но были некоторые люди. Ребята на станции говорили о нем меньше. Шанна не упоминала о нем какое-то время, и брат Брук – Брэндон, который охотился с Логаном каждую зиму, не вспоминал о нем после похорон, как она сказала.
– Стоит ли мне снять кольцо? – сказала она, смотря в нетронутую чашку с зеленым чаем.
– Это зависит от тебя, – ни в коем случае я не хотела давать ей советов по этому, но это заставляло меня чувствовать себя счастливой за нашу дружбу, потому что она спросила меня об этом. – Я думаю, когда ты будешь готова, то решишь. До тех пор – оставь его.
– Что бы ты сделала?
Я как бы посмеялась над иронией вопроса и всего того, над чем мы с Джейсом спорили в эти дни.
Брук заметила.
– Извини. Я просто хотела сказать, если... неважно, – ее глаза, казалось, завязли, запутались во всем и пытались найти выход.
– Потеря Логана слишком жестоко ударило по тебе, Брук. И я думаю, что из-за этого всё кажется другим, – сказала я, принимая кружку из ее рук. Я развернула свои мысли, пытаясь утешить ее так, как хотела бы, чтобы утешили меня. – Он всегда будет носить кольцо. Ты сама решишь, как долго его носить. Если ты тоже захочешь носить его вечно, то это твое решение. – Я разозлилась из-за того, что Шанна посмела предложить ей не носить кольцо, и знаю, что она это сделала.
Брук улыбнулась, слабо, но улыбнулась.
– Я думаю о переезде.
– Почему?
– Я не могу быть здесь. Куда не посмотри, я вижу его, и воспоминания преследуют меня.
– Разве это не делает всё проще?
– Нет, – ее глаза снова упали на чашку, и ее губы сжались в прямую линию. – Это делает меня грустной.
Между нами повисла минута молчания, а потом девушка тяжело вздохнула и нервно задышала, что привлекло мое внимание. Мои глаза нашли блестящий шоколадно-коричневый цвет. Было легко понять Логана, которого привлекла Брук, и как он сильно любил ее в такие моменты. Даже после всего, через что прошла, она была потрясающе красива.
– Сегодня я не плакала, а потом, когда поняла что не плачу, то напугалась этого. Это заставило меня подумать, что я иду дальше и это показалось мне хуже, чем потерять его, – ее слезы налились сейчас, и это было напоминание, что она не сдвинулась ни маленько. – Всякий раз, когда я боролась с чем-то, он был идеальным балансом от упорства, когда меня заносило. Теперь... Я просто... Я чувствую себя потерянной.
Опять же, ей не нужны были мои слова соболезнования.
Мы сидели какое-то время в тишине и наблюдали, как дети сеют хаос в Старбакс, затем мы подошли к опасности, которая могла произойти.
– Я часто возвращаюсь в ту ночь, – сказала Брук с грустными глазами, портрет женщины, что отдала все одному мужчине, а теперь его не было. И что она должна была делать? Начать жить заново? Как это вообще возможно?
– Я думаю о том, какая я оглушенная была, что они говорили мне, и это не имело ни какого смысла. Несколько дней я хотела вернуть это оцепенение. Думала, если буду знать каждую деталь, это сделает лучше, но это совсем не так. Я продолжала говорить себе, что это не реально. Я только что говорила с ним.
– Это все еще кажется нереальным, – мои глаза упали на стол.
Мы все знали, что их работа опасна, и мы все слышали о пожарных, которые умирали при исполнении служебных обязанностей, но когда это происходит в реальности, когда эта красная машина у твоих дверей, что дальше?
Переезд не кажется правильным выходом.