– Ну и что? Ты подумал, у тебя есть какой-то шанс со мной? – дерево быстро занялось, и поднялся маниакальный рев, который несет с собой только огонь, заглушил крики Лорен. Паника взяла верх.
– Нет, просто подумал, а почему нет? – он отступил назад от дерева, которое занималось пламенем, повышая температуру в комнате. – Посмотри, каково это, разбить мое сердце на этот раз.
– О, да заткнись ты. Ты тешешь себя напрасными иллюзиями, думая, что я бросила тебя, разбив тебе сердце, – ногами я шарахнула по столу от отчаяния, что не могу высвободить руки. Лорен пыталась сделать то же самое, но стала снова кричать. Она знала, что это наш единственный шанс, так как пламя с дерева плавно перекидывалось на занавески и ковер. Это было всего лишь за мгновение до того, как вся квартира занялась пламенем, а я никак не могла помочь своим детям.
– Ты ошибаешься, – Ридли остановился у камина, спиной к двери. В этот момент мама вернулась с бутылкой в руке, молча останавливаясь в дверях, осторожно, чтобы не выдать ее присутствия, я смотрела на него. – Я любил тебя.
Может, она вернулась, чтобы все-таки помочь нам. Этого я никогда не узнаю.
Я ближе всего находилась к пламени, да и дыма стало слишком много. Задохнувшись кашлем, я услышала звук разбивающего стекла.
У каждого своя история. У кого-то красивая. У кого-то трагическая.
На мгновение, хотя он не ощущался как миг, оно показалось очень трагическим.
Это была единственная ночь. Моя судьба. И кое-что трагическое разрушило что-то красивое.
Тяжелые сгустки дыма сворачиваются причудливыми кольцами, заставляя сомневаться в этой стороне моей жизни.
Вы видите это?
Вот и знакомая боль в животе, заставляющая сомневаться в том, что все не то, чем кажется.
Приглядитесь. Та нервная энергия, которая сейчас пульсирует в вас, невозможность подобрать верные слова, которые все равно не сможете вымолвить, рвущаяся просьба о спасении, суровые слова на кончике языка – вот в чем трагедия.
Когда ничего не осталось, не было слов, я почувствовала себя в надежных объятиях того, кто вернул меня к жизни, в тепло своего сердца и тела, борющегося за спасение своей семьи.
Под пожарной маской его голос звучал приглушенно, невнятно.
Я почувствовала внезапную слабость, в ногах вдруг пропала твердость. Тепло его дыхания согревало мне щеку, он поддерживал меня там, на краю.
– Оставайся со мной, дорогая, – его голос был приглушен маской. Он доносился до меня странным грохочущим звуком. В каждом вздохе прорывалось шипение. – Пожалуйста. Пожалуйста. Останься со мной.
Я что-то произнесла, не знаю что, Джейс откинул мои волосы назад, обхватывая мое лицо в перчатке. Я почувствовала тепло.
– Все в порядке... Держись за меня. Я держу тебя.
Я смотрела на него, дым и пламя клубилось вокруг нас. Джейс смотрел на меня внимательным взглядом. Я знала, что у него было много вопросов, но только одно на уме. Он спасает нас.
– Наши дети...
Подбросив на руках, он перенес меня в безопасное место, туда, где не было огня и дыма.
Воздух был густой. Черная сажа клубилась вокруг нас. Моя кожа натянулась, губы и щеки горели так сильно, что я чувствовала их трещины.
Помню, как он положил мою голову себе на плечо. Мои руки обернулись вокруг его шеи, и хотя мне казалось, что я крепко держусь за него, он чуть подтолкнул меня.
– Дыши, детка... Пожалуйста, просто дыши, – сняв противогаз, он надел маску мне на лицо, побуждая меня делать вздох. Я не хочу. Я не чувствовала себя в состоянии сделать вздох. – Дыши ради меня... Пожалуйста, просто дыши... – его голос прервался.
Я очень хотела, чтобы мои дети остались живы. Но в отношении себя не была уверена.
Я заслужила любое наказание, что судьба уготовила для меня. Страх внутри маркирует нас таким образом, что мы никогда не будем в состоянии понять, как он довлеет над нами. И я не в силах изменить это.
Глава 26
Важный поиск
– этот засранец ударил меня! – приложив лед к своему лицу, Дэнни обзывал Акса и кричал на него из-за их размолвки.
– Что же... Если он будет жечь тебя на огне, дай мне знать. Я знаю парня, который может потушить его.
Я развалился на диване, выпрямив перед собой ноги. Дэнни пнул меня по голени.
– Не будь мудаком.
– Я и так не мудак, – наклонившись, я потер голень. – Я просто не знаю, что ты от меня хочешь. В этом и есть Акс, о чем мы говорим…
– Скажи ему, чтобы он прекратил быть надменным и перестал вести себя как надзиратель здесь.
– Я похож на твою мамочку? Скажи ему сам, – я положил журнал на столик. – Я пошел спать.
– Он слушает только тебя.
