Природа бушевала снаружи, и шины издавали хрустящий звук на снегу, когда автомобили боролись за контроль на гладкой дороге. Десятки транспортных средств теряли контроль, врезаясь в другие вокруг нас, некоторые почти задевали наш грузовик и Джейса.
Как только пожарные машины и скорая начала прибывать, я услышала его голос снаружи грузовика, помогающий пассажирам, которые лежали на земле в нескольких шагах от меня. Ветер поднялся, и снег закружил, словно пыль, уменьшая видимость для меня и, я уверена, для Джейса.
Это было нереальным опытом: видеть все лично и так близко, знать, что некоторые из людей, которых уносили, не переживут следующие несколько часов.
– Ты чувствуешь свои пальцы и пальцы ног, дружище? – спросил Джейс ребенка, который лежал на заснеженной дороге.
– Нет, – ребенок, на вид подросток, заплакал. Тогда Джейс снял куртку и укрыл ей грудь ребенка. – Не могу.
– Принесите сюда шейный воротник и длинную доску! – проорал Джейс через плечо, а потом вернулся назад к ребенку. Его глаза отыскали меня, и он смотрел на меня всего секунду. – Как тебя зовут, дружок?
– Крис, – шмыгнул носом мальчик. Все, что было у него ниже пояса, было не подвижно. Очевидно, что он сломал себе шею.
– Меня Джейс... Мы тебя положим на эту доску и отвезем в больницу, где смогут тебе помочь, – Джейс положил руку на грудь мальчика, успокаивая его мягким голосом и нежным прикосновением. – Просто успокойся.
Одним за другим он помогал пассажирам покинуть автобус, а затем помогал им получить необходимую помощь.
Я была в восторге от него, и от того что он делал, но также была напугана.
А Джейс не выглядел испуганным. Он выглядел полным решимости спасти этих людей. Я видела как он работает из первых рук, и наконец поняла, почему он делает то, что делает.
Мне было интересно, как он это делал. Как он мог иметь уровень отрешенности, который ему позволял спасти маленьких детей, а затем вернуться спасти другого, чтобы только увидеть, что они уже закрыты брезентом?
Как его желудок может увидеть людей раздавленными на смерть, а затем пытаться вытащить их в безопасное место? Как он мог смотреть в глаза том мальчику и не плакать, зная, что он не будет в порядке?
– Как ты решаешь, кого спасти или к кому ты пойдешь первым? – спросила я, когда он вернулся в грузовик. – С этим мальчиком все будет хорошо?
– Он парализован, – сказал Джейс, а его глаза смотрели далеко, будто он должен быть таким, чтобы не чувствовать, что это делает с ним. – Обычно ты подавляешь инстинкт, – парень потер руки и повернул обогреватель, чтобы восстановить тепло в грузовике. – Того кто ближе. Ребенок, женщина или тот, у кого есть травма.
– Поэтому ты можешь спасть людей... не только из огня? – мои мысли вернулись к мальчику, и я увидела слезы в его глазах.
Джейс с любопытством посмотрел на меня. Думаю, когда я размышляла надо этим, то не понимала, в какой степени он натренирован к подобным ситуциям. Я знала, что Джейс может реанимировать и все такое, но это выглядело выше и больше этого.
– Я сертифицированный врач скорой помощи, как и все пожарные в Сиэтле, но я не фельдшер. Я могу спасти их, если придется. Мне просто не разрешается назначать лекарства и ставить капельницы.
Можно было подумать, что я стану гордиться тем, что увидела, и я гордилась. Джейс спасал жизни людей. Но другая часть меня была напугана всем этим дерьмом, что я буду сидеть вместе с Брук завтра вечером, и она будет утешать меня.
– Зачем ты делаешь это? – спросила я, чувствуя, как мое беспокойство растет, мы пытались добраться до дома его родителей. Каждая улица, которую мы проезжали, была разрушена после бури, и я знала, что он хочет остановится и помочь. Возможно, он бы так и сделал, но когда парень посмотрел на меня, он увидел это. Я была напугана.
Очень много машин чуть не сбило его там, но он самоотверженно рисковал собой ради неизвестных
– Откуда это, Обри?
– Это исходит от меня, – мой голос начал дрожать, отражая состояние моего тела, как я боролась с нервами и холодом. – Мне страшно.
– Тебе нечего бояться.
– Да... мне да.
Джейс кивнул, он точно знал, о чем я сказала. Знал, что он неправ. Мне было очень страшно.
– Почему тебе всегда необходимо быть героем? Что насчет меня? Что насчет детей? Ты хоть раз задумался, что мы чувствуем?
– Не надо, – парень хотел, чтобы я замолчала, но после того что я увидела, не могла. Я никогда не была так близко и не видела, насколько была опасна его работа на самом деле. Джейс всегда рассказывала мне, что это было по-другому, что да – опасно, но так? К этому я была не готова.
– Почему ты должен быть всегда героем? Я не справлюсь без тебя, Джейс, – я была так зла к тому моменту, как он попал в машину, что сказала ему то, что чувствовала.
Просто, кгда я подумала, что Джейс видит это сам, оказалось, что это не так.
Почему? Почему он всегда делает это? Почему мы не были важны?
Его выражения лица сменилось с боли на гнев в мгновение ока.
