…Не может быть, этого просто не может быть… О господи, лучше бы я этого не делал…
Я нажимаю на вызванную моим заклятием сервисную гиперссылку и загружаю краткую справку о пользователе. Я уже знаю, что в ней будет написано, но верить все равно не хочу. Может, ошибка, сбой системы, что угодно, лишь бы… Должна же быть хоть крошечная надежда… Я читаю справку, и надежда исчезает. С самим собою не поспоришь…
Я не хочу нажимать ссылку ниже. Зачем? Ясно уже все. Но как, как я, которого люди называли Князем мира сего, мог попасться на дешевую демагогию долбаного извращенца? Ответа на заданный самому себе вопрос я получить не успеваю. В бункер, бледный и изнуренный долгим сидением на толчке, входит папа римский Иоанн Павел Третий.
– Чего так долго? – глумливо спрашиваю я. – Молился?
– Нет, просто… – покраснев, отвечает Том, – просто проблемы с желудком.
– Проблемы, значит… А других проблем нет, только с желудком?
– Нет.
– А вот у меня есть! – говорю и разворачиваю планшет экраном к папе. – Я тут кино одно интересное посмотрел от скуки, пока тебя ждал. Глянь-ка…
Я включаю запись с распятием. Глаза папы Тома от изумления лезут на лоб, но он быстро берет себя в руки и абсолютно бесстрастно произносит:
– И что?
– Да ничего, – пожимаю я плечами, – просто я думал, что жизнью ради человечества жертвую, а оказывается, в садомазохистской оргии участвую, для вашего, Ваше Святейшество, удовольствия. А так ничего.
– И что? – упрямо талдычит он.
– Придурок ты, вот чего! – не выдержав, срываюсь я на крик. – Не буду я в твоих ролевых играх участвовать! Я тебе не шлюха! В авианосец хочу, в трюм, на расстрел, куда угодно, лишь бы…
– Ну что ты как маленький, Айван? Капризничаешь, ножками сучишь… Какая разница? Мы же с тобой выяснили – все вокруг грандиозный обман и профанация. Обманом больше, обманом меньше… То, что я мазохист, суть дела не меняет. А ты, например, тщеславный ублюдок, сам знаешь. А кем был Христос – нам неведомо. И что дальше? Это все не имеет ровным счетом никакого значения. Мы действительно спасаем мир, кем бы мы ни были. Христос взял в царствие небесное разбойника, висевшего на соседнем кресте. Этот разбойник не то что мазохистом – убийцей был, а Иисус его взял… Неужели нас не возьмет?
– Значения, говоришь, не имеет?! А для меня имеет! Я с тобой на одном поле мир спасать не буду. И срать не сяду. И в царствие небесное не пойду.
– А почему, собственно, Айван? Ты же очень терпимый, ты позволил людям принять себя такими, какие они есть. Чем я хуже других?
– Хуже, Том, намного хуже. Другие, даже самые отъявленные негодяи, по крайней мере честны перед собою и людьми. А ты долбаный лицемер! Ты и в Бога не веришь, и в людей не веришь, а всю свою идиотскую теорию о человечестве, нуждающемся в обмане, выдумал, только чтоб себя оправдать. Твое место не на святом престоле и не на кресте, а в борделе. Ты шлюха, Том. Обыкновенная дешевая шлюха…
