Пока в Казани отгуливают свадьбу, Лешенька продолжает пребывать в вятских землях, и тут наступает воскресение, а каждое воскресение у нас, как известно, какой-нибудь праздник. И это послденее обстоятельство означает, что Лешин ближайший сосед-адлконавт принимает очередную дозу, а погода, надо сказать, стоит отменнейшая - жара и сухо - далее, как вы поняли. загорается сеновал и сосед вопит что-то в плане "Ляксей, бяги-спасай!" и наш местный Рэмбо. естественно, бежит. Во-первых, чисто по-человечески. Во-вторых. поиграть на людях бицепсами. В-третьих, вдруг еще в местной газете напишут, как о Карапетяне - мелочь, а приятно. Короче. влез в хату. Обратно не вылез - задохнулся.
Вот этого нам всем для полного кайфа тлько и не хватало.
В общем, "враги сожгли родную хату" и "погиб поэт" - либо в счастливом неведеньи сотворенной тем временем во Казани порнухи, либо все знал. Если все знал, то в роковой день, по срокам, мог не успеть еще придти в себя от казанских новостей. Был раздавлен, а в таком состоянии лучше на пожар не лезть: у раздавленного ни реакции, ни координации движений. Или того хуже, мог нарочно застрять в горящем доме на подольше.
Эту вину Асанчики если не знают, то чуют. Тогда уж точно на скамейки не придут.
И, наконец, Мохов. Год назад после проваленной сковородки.ю рванув к некму домой. я снял с двери записку; что мол, слишком высокий интеллект и образовательный ценз нашей банды мешают Мохову решать вопросы интёмной жизни, и посему он из Казани сматывает. Это явно для отвода глаз. Когда Асан проглотил Ленку, в Казани не было Пахома, и узнать хоть что-нибудь Пахом мог только по телефону.. мне не звонил.. Крюкова не дура подставляться.. Асан тоже.. единственный телефон остается у Мохова. Итого, две причины сделать ноги: винит себя в Лехиной смерти, если да; или не хочет. чтоб мы с Женькой дорывались - выболтал чего-то Пахомычу или не выболтал, если нет.
Я в наихудшем положении: меня не могут хотеть видеть ни Муха, ни Асан - до Асана я ж тоже буду дорываться, как он ПОСМЕЛ?
Нам не по пути, они столкуются, сковородки не будет.
Но какого черта мне все мысли эти тащить в Одессу, вклинивать между пляжем, Дюком. баром на Берибабушке. оркестриком в "Гамбринусе"? Обхаживая Ворону или кого другую, напряженно воссоздавать обстановку тех далеких дней, когда...
Клёвейший способ гробануть отпуск!
СМЕНА ВЕДУЩЕГО: ШУРА МОХОВ О ВРЕМЕНИ И О СЕБЕ
Я смотрю семейный альбом: с пенрвого по шестой класс я в центре снимка, дитя с плаката "Пей, сынок!" - светлые кудри, ангельский фэйс. В седьмом поимел несчастье отстать в росте. за что жестоко поплатился. Седьмой - это та чудная пора, когда девочки впервые начинают ценить рост и кулаки. Я свято верю, что потом они выучиваются лишь скрывать эти мысли, но в глубине души им нужны от мужчины рост и кулаки. В седьмом девицы с воплем отказались позировать на фотографию класса, пока из кадра не выйду я. И поэтому на фото седьмого класса меня нет. Нет меня и в восемьм-девятом, когда я стал штатным фотографом класса и не мог быть в кадре на собственных снимках. Похоже, что ненужность всем и нужность всем приводят к одному и тому же результату. После девятого. с горя полетев на каникулы в Латвию, благо еще не было Народного Фронта, в аэропорту на справке я спросил, как добраться в Сигулду. Мне ответили:
- Самолета туда нет, но для Вас можем сделать.
Я удивился: это почему же?
- Не каждый день видишь живого папуаса.
Я окинул себя их взглядом: казанские псевдоджинсы, такая же суррогат-майка с ковбоем, на спине болтается самарское сомбреро,Э ношенные кеды на лапах - и рижская ПУБЛИКА рядом. И вот осталось с того дня вечно грызущее желание где-нибудь, когда-нибудь сойти с трапа, как надо, вписаться в толпу и быть спокойным, что не про твою честь смешки за спиной. Потом был казус в Луна-Парке на взморье: занял очередь на американские горки за единственной незанятой бэби, уже готовился сесть в кабину на двоих - и тут подошел здоровенный кабан, и оказалось. что она пока со мной ля-ля фа-фа - ему очередь держала. Чуть не разревелся, потом пришла мысль: все, что в этом мире притягательно, слишком быстро расхватывается. Было туманно и пессемистично: а почему должны расхватывать до меня, а не я? И следом я выродил оптимизм: смысл жизни не в том, чтоб ловить кайф, в том числе и красивых женщин. Лучше поставить себе некую великую цель и к ней идти, презрев мирские утехи, в том числе и красивых женщин.
Вернулся в Казань, матушку-Козу. выложил свой оптимизм Самосвалу, ждал оваций, а Самосвал как завопит:
- Муха, христом-богом тебя прошу. не смей так настраваться! Все ж гитлеры и наполеончики с этих мыслей начинались! Лучше будь простым российским обывателем, так хоть никого не угробишь и не ограбишь, не ограбишь-не угробишь!
Ох, не хотел я в обыватели. Кино сымать - другоедело, а в обыватели, да еще добровольно, да еще заявивши после восьмого: "Вот все дураки уйдут в ПТУ, тогда в девятом райская жизнь будет"?
...Райской жизни не воспоследовало ни в девятом, ни позже. В ПТУ и армию, не поступив во ВГИК, ушел я.