От этих слов Георг слегка испугался, непроизвольно напрягся, пронзив внутренним взором собеседника насквозь, словно мгновенным рентгеном, и сразу же все понял. Добродушный толстяк от природы был одарен сверхчутьем, и неосознанно потянулся к энергии, вернее, к солнечному огню, прячущемуся в глубинах души Проквуста. Кукк в этот момент слегка запнулся, потягивая из кружки пиво, но не обратил на это внимания. Слава богу, он был неопасен.
— Вы где-то уже остановились?, — Спросил он, вытирая усы тыльной стороной ладони.
— Нет.
— У вас родственники в Эстонии есть?
— Когда-то очень давно мама рассказывала, что дальние родственники отца живут где-то на севере, но связи с ними были потеряны.
— И что, никаких сведений?
— Нет. Отец, может быть, и знает, но он мне никогда не расскажет.
— А мама?
— Мама умерла. Три года назад.
— Сочувствую, это очень больно терять родителей в таком возрасте.
— Спасибо.
Они замолчали, каждый думал о своем.
— А где же ваши вещи?, — Первым заговорил Кукк.
— Все мои вещи на мне. — Смущенно пожал плечами Проквуст. — У меня украли чемодан.
— О! Это очень печально. Наверняка это русские безобразничают, они очень вороватые.
— Может быть, я не видел, как это случилось: вроде на секунду отвлекся, и вещи пропали.
— Но вы не слишком удручены?
— Стараюсь относится к этому философски, считаю, что сама судьба говорит мне: начни все заново, избавься от прошлого.
— Что ж, это мудро. А в милицию не обращались?
— Нет. Я не верю, что они могут помочь, только душу всю измотают.
— Наверное, вы правы. Ну, ничего, скоро все будет по-другому!, — Кукк ненадолго задумался. — То есть, я так понимаю, что идти вам некуда?
— Вы совершенно правы, господин Кукк, некуда. И деньги у меня закончились.
— Понятно. — Сочувственно закивал головой хозяин. — Видимо, вы так долго стремились на родину своих предков, что теперь, прибыв сюда, совершенно не представляете, как жить дальше. Верно, я говорю?
— Да, прямо в точку попали.
— Но не вешайте нос, Георг, эстонцы всегда помогут эстонцу, вам не дадут здесь пропасть. Ну-ка, расскажите мне о себе поподробнее.
И Проквуст начал рассказывать. Он пил пиво и самозабвенно врал, наполняя мелкими деталями сухую легенду. Скорее всего, у него здорово получалось, потому что Кукк слушал его, чуть ли не со слезами на глазах.
— О! Как я вас понимаю!, — Говорил он, подпирая толстую усатую щеку рукой. — Ваша история очень поучительна, вы поступили как настоящий эстонец, хотя и росли вдали от родины! Я просто обязан помочь вам. Но порядок, есть порядок. Вы позволите взглянуть на ваш паспорт?
Хозяин ресторана долго и внимательно рассматривал документ, с готовностью протянутый ему Проквустом, и, наконец, удовлетворительно крякнув, вернул его обратно.
— Скажите, Георг, что вы умеете делать?
— Практически ничего. После школы я работал разнорабочим в доме офицеров нашего гарнизона и ходил на курсы иностранного языка.
— Да?! Вы знаете иностранный язык?
— Немного, практики было мало. Но я очень старался.
— Английский?
— Да, и еще чуть-чуть немецкий.
— Очень хорошо! Если вы сможете объясняться с нашими иностранными гостями, то я могу предложить вам работу официанта в моем ресторане!
— Но…
— Ничего не бойтесь, научим. Ну, согласны?
— Конечно!
— Отлично. Не против, если я на правах хозяина буду звать тебя на «ты»?
— Сочту за честь и доверие.
— Отлично! В таком случае я до завтрашнего вечера оставляю твой паспорт у себя, а Хелена, моя дочь и помощница, отведет тебя на квартиру. Она маленькая, но уютная и недалеко отсюда. К тому же, я, думаю, тебе в твоем положении выбирать не приходится. Не так ли?
— О, я так благодарен вам, господин Кукк! Вы просто вдохнули в меня жизнь и веру в доброту соотечественников!
— Не за что, Георг, не за что, это мой долг! Я очень рад, что могу первым от имени эстонского народа поприветствовать еще одного будущего гражданина свободной Эстонии! Поздравляю тебя с началом новой жизни. Допивай свое пиво, парень, а я пока схожу за дочерью.
Георг отодвинул от себя пустую тарелку и почувствовал, как слипаются глаза. Ощущая приятную сытость, он обвел осоловевшим взглядом зал. От барной стойки к нему направлялась стройная девушка в синих потертых джинсах и свитере, видимо, это была дочь хозяина. Она деловито направлялась в его сторону, но, случайно встретившись с ним взглядом, вдруг застыла, а Проквуст вздрогнул от мистического ужаса: это была она, та, которую он погубил на далекой Ирии! Те же черные с отливом волосы, овал лица, глаза… Глаза были ее, огромные и испуганные. Девушка беспомощно улыбнулась и, сделав над собой усилие, подошла к столику.
— Здравствуйте, вы Георг?
— Да. — Хрипло ответил Проквуст.
— Вы уже закончили ужин?
— Да.
— Папа сказал, что теперь вы будете у нас работать?
— Да, и я очень благодарен ему за доброту и отзывчивость.
— Да, — кивнула Хелена, — он очень хороший человек. Пойдемте?
