Проквуст прекрасно понял, что предлагает дракон. Представить друг другу ауры на обозрение значило больше, чем просто знакомство, ты как бы раздевался, снимал с себя кожу, обнажая сокровенную сущность, о которой, возможно, и сам не подозревал. Георг сосредоточился и тут же подхватил незримыми пальцами золотистую ниточку. Она послушно напряглась, показывая дорогу наружу. В этот раз Проквуст действовал смелее, одним сильным движением оттолкнулся и заскользил вдоль. Сумрак его искусственного тела сменился приятной голубизной. Как он и предполагал, он попал не в кабинет дракона, а в незнакомое пространство, но оно было таким приятным! Георг осмотрел себя. Его голые ноги утопали в зеленой траве, которая бурно росла на склоне, ведущего к тихой извилистой речушке, кожу спины приятно грело родное солнце. Странно, подумал он, я голый? Но нагота его совсем не смутила. Другой берег речки видимо был миром дракона. Берег был из красного плотного камня, из которого росли изумительной красоты желтые кристаллы. Вдали темнели нескончаемые горные кряжи, черные в тени сплошных багряных туч.
Проквуст медленно спустился, с наслаждением вдыхая струи чистого воздуха и сел на небольшой валун возле воды. За берегом громыхнуло, сверкнули молнии, и среди них мелькнула золотистая точка. Она быстро приближалась, превращаясь в блистающего золотом летящего дракона. Когда он вырос настолько, что стали видны перепонки на крыльях, Георг заметил, что на нем не было чешуи. Не она блестела в багряном свете, сам дракон светился золотом, излучал его щедро, но не слепил им, а словно одаривал. Он был очень большой. Как же мы будем общаться, подумал Проквуст? Словно услышав его, огромный дракон сложил крылья и нырнул вниз, уменьшаясь с каждым метром. Мгновение, и он опустился напротив него.
— Рад видеть тебя, Чар!, — Крикнул ему Георг.
— И я рад, Гора. — Дракон поджал лапы и уютно устроился между камнями. — Как тебе мой мир?
— Красивый, но, наверное, слишком жаркий.
— Да, для тебя, пожалуй. — Чар внимательно всматривался в Проквуста. Тому даже стало неловко.
— Извини, я раздет.
— Раздет?! Ты ошибаешься, Георг. Ты одет в шикарную шубу из света. А ты ее не видишь?
— Нет.
— А ты посмотрись в речку.
Проквуст наклонился и в мягких струях воды увидел плотное бело-голубое сияние вокруг себя, из-под которого мелькали сполохи золотистого цвета. Казалось, что под верхней одеждой на нем был надет золотой костюм. Георг озадаченно покачал головой.
— Что, сам на себя удивляешься?
— Да, спорить не буду, очень удивляюсь. Скажи, Чар, а ты себя каким видишь?
Дракон смешно вытянул длинную шею и глянул в воду.
— Золотым себя вижу.
— Понятно.
— Что тебе понятно, человек?
— Понятно, что ты и видишь себя золотым, золотым и чувствуешь.
— Ха, шутишь?
— Шучу.
— Ну, ладно, теперь давай о серьезном. Георг, твой наряд мне представляется очень пестрым. Что ты об этом можешь сказать?
— Пестрым? Из-за трех цветов?
— Если бы из-за трех. — Усмехнулся дракон. — Если бы ты себя увидел моим зрением, то был бы поражен мешаниной цвета. Скажи, все ли ты написал в своей книге о своих приключениях?
— Нет, не все. Но я не хочу это обсуждать, потому что не уверен, что это будет уместно.
— Вот как?, — Дракон озадаченно потер лапой подбородок, изогнув кольцом шею. — Возможно, ты и прав. А ты знаешь, что обилие цветов, при чем хороших, добрых цветов, твоей ауры, говорит о том, что ты побывал во всех измерениях вселенной?
— Но я не помню такого!
— А ты вспомни, не сейчас, как-нибудь потом. А сейчас подумай вот над чем: откуда пятна темноты в твоей ауре?
— Темноты?!, — У Проквуста все похолодело внутри.
— Да, темноты.
— Может быть, оттого, что я совершил убийство на заре своей жизни?, — Грустно выдавил из себя Георг и покраснел от стыда.
— Нет, Гора, я прочитал твою историю, и думаю, что ты черноту своего позора давно смыл, в тебе не чернота, а отблески тьмы угадывает мой глаз. У меня очень острое зрение в таких делах, ты уж поверь мне.
— Но я не знаю…
— Думай, Георг, вспоминай, это очень важно.
— Если только в самом начале, когда я умер? Я ведь себя не помнил.
— То есть ты не помнишь свой путь, после того как разрушил Черный Кристалл?
— Нет. Вернее, очень смутно. Помню только давящую темноту, жуткий голос, словно рычащий на меня, а потом толчок и бесконечная вселенная вокруг.
— Со звездами?
Проквуст задумался.
— Нет, звезды были потом.
— Да, так я и думал. Ты прошел все измерения без перевоплощений, Георг. Редчайший случай. На моей памяти, вообще единственный, а я очень долго живу.
— Прости, Чар, но я не успеваю за ходом твоих мыслей.
— Неважно, Гора, придет время, сам все поймешь. Я тебе другое скажу, твоя аура должна состоять не из цветных лоскутков, а сиять ярчайшим золотом…
— Но…
— Не перебивай! Ты подхватил кусок тьмы, как заразу, и до сих пор от нее не вылечился. Я не доктор, рецептов не знаю, могу только верить, что ты справишься, но теперь у меня появились глубокие сомнения в целесообразности привлечения тебя к той службе, которая тебе предназначалась.
