Ольга подошла к столу и достала из нижнего ящика, свою изящную, модную сумочку. Соня следила за каждым ее движением. Она открыла сумку, достала кошелек из тонкой, бордовой кожи и не глядя вывалила все содержимое на стол:
— Это все, что у меня есть. Не так много как хотелось бы…
— Ты хоть пересчитай — пораженно предложила Соня.
— Потом сама посчитаешь — отмахнулась Ольга, протягивая ей деньги — Куда ты сейчас?
— Домой заеду, надо вещи кое-какие забрать — Соня аккуратно сложила деньги в карман джинсов.
— Подожди-ка — Ольга подошла к телефону и подняла трубку — Ты у своих соседей телефон помнишь?
— А зачем он тебе? — Соня не понимающе округлила глаза.
— Сейчас все объясню — Ольга нетерпеливо нахмурилась — Ну помнишь или нет?
— 44-452-22
— Как их зовут? — Ольга уже набрала номер и теперь прикрывала трубку рукой.
— Елена Михайловна, но она скорее на работе. Баба Люба, наверное дома — Соня ни как не могла понять, для чего все это нужно — Но зачем?
Ольга махнула на нее рукой:
— Помолчи, пожалуйста — и тут же в телефонную трубку — Елена Михайловна? Она на работе? Значит это баба Люба? Здравствуйте, Вас беспокоят с работы вашей соседки Самойловой Софьи. Да! Да! Нет, Вы знаете у нее телефон не работает, а она нам срочно нужна. Да, пожалуйста, сходите к ней и пригласите ее к телефону. Да, если не сложно…
Ольга напряженно замолчала, поглядывая на Соню.
— Что? Ее нет? — потом ее лицо вытянулось и она добавила, уже изменившимся голосом — А вы уверены? Ну, ведь еще ничего не доказано, зачем же так? Хорошо, спасибо! — и Ольга положила трубку.
— Плохие новости? — Соня напряженно всматривалась в Ольгино лицо.
— Угу — та мрачно кивнула — я что-то предполагала в этот роде. Квартира твоя опечатана, и тебе там лучше пока не появляться.
— А что соседка говорит? — Спросила Соня, как будто это для нее было самым важным.
— А,так, ничего… Поливает тебя грязью — Ольга глубоко вздохнула — Ну ладно, тебе пора!
— Спасибо за все — Соня направилась к двери — И не поминай меня лихом!
Денисов отошел от окна и задумчиво опустился в кресло. «Сегодня был чертовски неудачный день» — вяло размышлял Денисов, доставая из кармана спортивных шорт, сигарету — «и наверное вечер, будет такой же». Медленно прикурил, затем поднялся на ноги и взял со стола пульт. Неуверенно покрутив его в свободной руке, он бросил пульт обратно.
Нет, телевизор он сегодня не вынесет. В палате уже было темно, южные ночи всегда приходят рано и резко, но Денисов так и не включил освещение. Практически на ощупь он вернулся в кресло и сделав очередную затяжку, откинулся на мягкую спинку. Алый огонек зажженной сигареты, отбрасывал на неподвижное лицо Денисова, едва уловимый свет.
Его сегодня очень встревожила, если не сказать, что напугала, эта история с обмороком.
Даже если допустить, что он перегрелся на солнце, а затем сильно ударился головой о камень, то потерю сознания еще понять можно, но … Но как объяснить эти четкие, красочные воспоминания о той жизни, которую он из-за всех сил пытается забыть? Почему именно эпизод в самолете, он сегодня вспомнил, с такой пугающей ясностью?
Денисов судорожно затянулся и тут же обжег пальцы — оказывается сигарета уже почти догорела… Недовольно морщась, он нащупал в кармане новую.
«Наверное нельзя столько курить» — Денисов усмехнулся и потянулся за зажигалкой. А ведь когда то он не курил совершенно, ему, бывшему спортсмену, было даже неприятно находиться в помещении, где курили другие. Денисов вспомнил о той выволочке, которую он устроил жене по поводу сигареты, в самолете и усмехнулся. Да, кто бы мог подумать, что так все измениться.
Денисов резко вскочил с кресла, угрожающе хрустнув травмированным коленом.
«Совсем я рассыпаюсь»-ему внезапно стало очень одиноко. Он снова подошел к темному окну и прижался головой к стеклу. Эту дурацкую привычку, прижиматься лбом к оконному стеклу он перенял у своей жены. Что-то, связанное с сегодняшним видением, не давало ему покоя, настойчиво сверлило мозг. Что-то очень важное.
Денисов вернулся к столу и впотьмах нащупал пепельницу, но внезапно его рука не произвольно дрогнула и пепельница упала на пол, отвратительно хрустнув.
«Черт!» — он с яростью пнул, стоящие рядом кресло и почти с ненавистью, зажег верхний свет. Глаза тут же резануло, и Денисов недовольно поморщился.
«Нет, сегодня в номере оставаться никак нельзя» — он подошел к встроенному в стену, платяному шкафу и достал светло серый, костюм из плотного хлопка.
