Оксана проснулась и еще некоторое время лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к мирному сопению Ксюши. Дочка неловко повернулась на бочок и тепленькая ручка шлепнула Оксану по лицу. Она осторожно выползла из под разметавшейся во сне Ксюши и на цыпочках выбралась из комнаты. Ранее утро нового дня было пасмурным и серым — за ночь мороз покрепчал и теперь все окно в кухне было сплошь разрисовано белыми «елочками» и «снежинками». Оксана с грустью подумала, что когда то могла часами сидеть около застывшего окна, разглядывая замысловатые узоры и придумывая разные истории с «морозными» зверюшками. Ей тогда было немного больше, чем Ксюше и жизнь еще казалась интересной штукой. Она тяжело вздохнула и поставила чайник на огонь, Оксана решила не вести сегодня в садик дочку — на улице слишком холодно, да и ей самой особенно заняться нечем — новых вариантов насчет работы пока не предвиделось. Входная дверь бесшумно открылась и на пороге появился красный от холода Валера с пакетом в руках. У бывшего мужа до сих пор оставались ключи от этой квартиры и Оксана даже не думала их забирать — а зачем? Снова замуж она все равно никогда не выйдет, а мужчин на «ночь» у нее отродясь не было. Оксана поднесла палец к губам и жестом указала на комнату.
— Что, спит? — Валера осторожно прокрался в кухню — Вы в садик не идете, что ли?
Оксана отрицательно мотнула головой и с тоской приготовилась выслушать неминуемую выволочку от бывшего мужа, которая незамедлительно и последовала:
— Оксана, ты что совсем дура? Ты не могла подготовиться к собеседованию? — Валера выкладывал из пакета йогурт и два огромных красных яблока — Моя теще просто в шоке — она говорит, что ты не знаешь элементарных вещей. Неужели нельзя было подготовиться заранее, что бы меня не позорить?
Валера говорил без злости, а скорее обреченно и с усталостью в голосе, дескать «навязалась на мою голову!».
Оксана снова молча пожала плечами — ну не рассказывать же ему про фотографию, которая решила ее дара речи.
Бывший муж тоже умолк и теперь неодобрительно ее разглядывал:
— Я вот все думаю — он сбросил дубленку на пол — почему ты такая «никакая»? Ни внешности в тебе нет, ни ума, «ни рыба, ни мясо»? Что я в тебе раньше то находил?
Молча поднявшись из-за стола, Оксана подошла к плите и налила в кружку кипятку. Чая в доме не было уже неделю.
— Кипяток будешь?
— Издеваешься?
— Нет — она неопределенно мотнула головой — Просто не на что купить заварку.
— Намекаешь на то, что я вам плохо помогаю? — с места в карьер, завелся Валера — Да?
— Ну что ты — Оксана залезла на подоконник и отхлебнула кипятка — Дует — поразилась она и снова села напротив него — Ты, Валера не злись, а лучше дай нам немного денег.
— Вот ты вся в этом — бывший муж раздраженно взмахнул рукой — Только деньги на уме.
Оксана снова промолчала и Валера поднялся со стула:
— Ладно, дам тебе денег, раз уж ты ни на что не способна — он широким шестом вытащил портмоне и бросил на стол сто рублей — Хватит, надеюсь?
— Спасибо — Оксана взяла смятую бумажку в руки.
— Ну что за человек-Валера брезгливо поморщился — Другая бы мне в морду ее кинула, а ты «спасибо!»
Он вышел в коридор и через минуту хлопнула дверь. Оксана уронила голову на руки и горько заплакала — день только начинался, а у нее уже не было сил.
— Мама! — Ксюша проснулась и стояла на пороге комнаты.
— Да, доченька! — Оксана быстро смахнула с лица слезы — Ты давно проснулась?
— У меня горло болит — пожаловался ребенок — И голова.
Оксана подбежала к дочери и потрогала потный лобик — Ксюша буквально горела от высокой температуры. Сомнения не было — ребенок заболел.
В дверь настойчиво позвонили и Оксана испуганно вздрогнула:
— Доченька — попросила она — иди в комнату. Я сейчас.
Но пороге стояла раскрашенная Ирка в грязной дубленке:
— Я за деньгами.
— У меня ничего нет — Оксана безнадежно развела руки.
— Значит буду брать вещами — заорала Тютнева и бесцеремонно вошла в квартиру. Оксана испуганно попятилась и закрыла за соседкой дверь, из которой отчаянно дуло.
— Ну и нищета — презрительно выдохнула Ирка, рассматривая единственную комнату.
Ксюша забилась под одеяло и теперь напряженно следила за чужой женщиной, свободно разгуливающей по их квартире. Оксана тем временем подошла к телефону и набрала номер поликлиники:
— Детская? Примите вызов. Второй участок. Девочка — три года. Михайлова Ксения Валерьевна. Да. Жар и горло. Спасибо.
Тютенева заинтересованно оглядела больного ребенка и тут же равнодушно отвернулась:
— Ну брать то у вас особо нечего — наконец констатировала она, дождавшись пока Оксана положит трубку — Разве что это?
Она подошла к огромной мохнатой собаке, ярким пятном выделяющейся на фоне бедной обстановки. Эту игрушку подарил Ксюше на первый день ее рождения, Валера, тогда еще живший вместе с ними.
— Но это же ребенка — Оксана отчаянно всплеснула руками.
— А мне то какое дело — Ирка схватила под мышку собаку и быстро пошла к двери — Я ее посажу на диван, игрушка подходит мне по цветовой гамме. За остальным приду после.
