— Ранена. Смилян тоже пулю словил. К тебе из Софии старый клык приехал, придет после заката, объяснит, что к чему.
Кира тихо выругалась, закрывая лицо ладонями.
— Не ной, — посоветовал Даро устало. — Жива она и будет жить, не зря праматерь болгарская.
Он подошёл ближе и положил на постель рядом с коленом ее телефон.
— Спасибо, — глухо поблагодарила Кира, смазывая непрошенные слезы.
Даро фыркнул и вдруг нежно погладил ее по голове.
— Не ной, — велел повторно, и Кира сообразила, что ему неуютно от ее такой заметной слабости. — Вампиреныш твой в подвале под баром сидел, — сообщил с насмешкой, садясь рядом. — Аллахом клялся, что ни при чем, и врал, что ты ему жрачки сверх нормы обещала. Накормили, чем было. Старый клык сказал, не до него теперь, передал румынам вчера ночью.
— Спасибо.
— Стрелка на границе нашли. Мертвого. Выглядит как авария, но никто, конечно, в это не верит. Мои ребята поспрашивали. Мужик не наш и не их, вообще черт знает кто и откуда взялся такой ловкий.
Кира вздохнула, набирая воздуха, чтобы поблагодарить, но Даро опередил:
— Не благодари. Дрянная ты девка, Кира. — Он приобнял ее за плечи и потрепал по спутанным волосам. — В следующий раз, когда приедешь, к кровати тебя привяжу, чтобы наверняка.
Волной накатило облегчение — шутить, если все действительно плохо, Даро не стал бы. Она слабо улыбнулась, прислонившись лбом к его плечу.
— Договорились.
После быстрого душа, смывшего остатки липкого кошмара, Кира спустилась в бар, где обнаружила хмурого, уставшего Даро. Выслушав новости, вознамерилась сесть в машину и, добравшись до Ниша, поговорить по душам с теми, кто вел дело. Даро сообщил, что таких желающих много, но вот уже сутки, как трое полицейских пропали, и выразил мысль, что их вряд ли когда-нибудь найдут. Потом ещё более хмуро уточнил "живыми" и налил в чистую стопку ракии. Выпили не чокаясь. До заката Кира несколько раз попыталась дозвониться до Арины, но работала переадресация на голосовую почту, которая сыпалась в Кирин аккаунт.
Вампир появился в баре незаметно и некоторое время присутствовал безмолвно и почти бездушно как декорация. Кира называла это поведение "слушать место". Йордан, рано поседевший ещё при человеческой жизни мужчина, слушал бар и настроения людей в нем, как хищник прислушивается к шуму травы. Заметив его, Кира допила остатки сока и встала из-за стола. Вопросительно посмотрела на Даро и, дождавшись кивка, шагнула к гостю.
— Здравствуй.
Приветствие вышло сухим.
Йордан фыркнул, окинув ее цепким взглядом и усмехнулся:
— И тебе не хворать. Разговор есть, пойдем погуляем.
— Здесь поговорим. — Кира кивнула на лестницу. — Безопаснее.
Йордан кивнул, вероятно согласившись с ее доводом, и пошел вперед, не дожидаясь официального приглашения. Кира последовала за ним, разглядывая ровную, прямую спину одного из влиятельных вампиров Болгарии.
Йордан, как и многие вампиры разменявшие пятую сотню, относился к ней со снисхождением, как к очередной протеже Арины, вопреки ожиданиям продержавшейся в фаворитках дольше обычного. Ее позиция специалистки по поиску и отлову нелегалов никак не сказалась на его мнении. Впрочем, подобная манера была присуща ему в общении с молодежью, и Кира не принимала ее на свой счёт. Ее не слишком беспокоило общественное вампирское мнение, независимо от социальной роли снисходительно-ироничное из-за ее человечности и оттого кажущейся недолговечности.
Закрыв за собой дверь, Кира включила свет в комнате.
— Не знал, что у Лукреции появилась кровница, — без прелюдии сказал Йордан, глядя на нее.
— Не знала, что кому-то ещё позволено Арину так называть, — сухо отбила Кира.
Вампир фыркнул насмешливо. Присел за стол и некоторое время пялился на Киру, как на экспонат в музее.
— Девочка, ты хоть понимаешь, что это значит?
За снисходительный тон и «девочку» захотелось выписать ему зуботычин. Кира одернула себя, прошла через комнату и села напротив.
— Девочка понимает больше, чем думает старый клык. У меня нет времени и желания выяснять отношения, Йордан. Давай пропустим эту часть.
— Не ершись, Кира, — неожиданно мягко предложил вампир. — Я не хотел обидеть. Ты поняла, что случилось?
Кира вздохнула и честно попыталась быть к миру добрее. Поводила пальцами по шершавой, усыпанной крошками от крекеров столешнице, формулируя ответ. В голову настойчиво лезли воспоминания о хрусте льда и обжигающе холодных объятиях воды.
— Насколько плотная между вами сенсоконнектика?
Кира непонимающе моргнула и вопросительно поглядела на вампира, ожидая дальнейших пояснений. Седовласый клыконосец поморщился, как будто в рамках дедовских обязанностей возился с внучкой-недотепой и не испытывал от этого радости.
— Не время притворяться глупой, Кира. Твое недоверие ко мне чем-то обосновано?
Она вздохнула, потерла пальцами переносицу.
— Да в общем-то, кроме старческой снисходительности, которая раздражает, ничем.
— Могу себе позволить, — ухмыльнулся Йордан, довольный честным ответом. — Старость не порок.
